-Дэнни, сколько тебе лет?
Он тоже залез с ногами на кровать и сел напротив меня, скрестив ноги в позу лотоса:
- А на сколько выгляжу?
Я пригляделась. За слоем пыли и большой щетины сложно было что-то понять.
-Лет тридцать?- Предположила я. Морщинки не значительные, седины нет, руки жилистые, но молодые.
-Почти. – Он на секунду задумался, будто пытался вспомнить свой возраст. Понимаю, в военные времена года теряют значение.- Двадцать семь.
-Сколько?- Не поверила я.
-А ты что? Думала, что я старик?
-Ну, нет, не старик уж точно. – попыталась оправдаться я.
-А тебе сколько?
-Двадцать один. В конце года двадцать два будет. Если будет……
Он нахмурился. Я решила не упускать момент, раз получилось что-то разведать:
-… Кем ты был до войны? Кем работал? Чем занимался?
-Подумай. Ответ очень прост.
Я смерила его недовольным взглядом. Он понял и продолжил:
- Я работал учителем парлийского языка.
Вспомнив знание вражеского языка, умение командовать и строгость Дэнни, я протянула:
-Это многое объясняет.
И тут в мое сознание ударила молниеносная мысль. А может быть? Это он? Тот учитель, которого искала Ники?
-Где ты преподавал?- С замиранием сердца спросила у Дэниела.
-В детском интернате.
В моих глазах проблеснула радость. И надежда. Надежда на то, что не все потеряно. И тогда я четко осознала, что выбираться из этого ада я буду не одна - я вытащу отсюда Дэнни. В первую очередь, я сделаю это для Ники.
-Как хорошо ты знал своих учеников? – с прищуром спросила я.
-Это были дети-сироты. У них не было родителей, не было семейного тепла.- Дэнни говорил так, будто эти чувства были ему близки.- Поэтому я старался быть очень внимательным к ним. Я знал всех по имени.
-Фамилия Астерман тебе что-нибудь говорит?
-Николина?- Быстро выдал Дэнни. Сомнений не оставалось – он тот самый. Я кивнула.- Вы знакомы?
-Да.- Я улыбнулась, вспомнив о подруге.
-Очень способная и умная девочка. Всегда с вниманием относилась к моему предмету. - Это он говорил с важностью учителя.
Я усмехнулась.
-… Что не так?- Поежившись, спросил мужчина.
Я хотела сказать о чувствах Ники, ведь это было сто лет назад и в юности, но потом поняла, что будет подло говорить о чужих секретах, поэтому обобщила:
- Молодой учитель.... Думаю, дело не в предмете....
Для Дэнни, похоже, это не стало новостью. Он пожал плечами и снова начал рассматривать сапоги:
-Да оставь же ты эти сапоги в покое! - едва не крикнула я, немного забывшись
-Это не мелочь!- Запротестовал Дэнни.- Из-за такой пары ты чуть жизнь не лишилась.
-Прости, что? - не поняла я.
Дэнни, словно что-то вспоминал и думал, стоит ли мне рассказывать:
-Ты помнишь тот день, когда….- Он замялся.
-Мы познакомились?- Пришла на помощь я. – Нет, все смутно так и смазано.
-Солдат тебя бил, пытаясь узнать, откуда на тебе офицерские сапоги. Ты молчала. Эта тишина едва не стоила тебе жизни.
-Что ты ему сказал? - с трудом что-то припомнив, спросила я. Этот вопрос заинтересовал меня еще тогда.
-Сказал, что после боя ты их стянула с трупа.
Фу, я вздрогнула от омерзительной картины, вмиг возникшей в моем воображении. Тем не менее, в наше время подобные прецеденты случались.
-… Может, расскажешь мне, откуда ты их взяла на самом деле?
Я подумала прежде чем ответить. На самом деле, хотела бы я сказать ему правду, но не могла....
-Так все и было.
-Верю.- Быстро сказал Дэнни и отвел взгляд. Далее он сощурил глаза и задал очередной вопрос.- Как ты здесь оказалась?
-Плохо помню. – Тот день действительно предстает передо мной в туманном виде. Я схватилась за висок и посмотрела в пол. Нужно как-то совместить правду и ложь. Почему не солгать полностью? Я не хотела обманывать Дэниела. Почему не сказать правду полностью? Не имею на это прав. Это не моя прихоть, а служебная тайна. Я давала клятву, подписывала бумаги. Выдохнув, начала свой рассказ. – Когда началась война…- Мне потребовалась пауза, чтобы окончить мысль. Выдохнув, продолжила: