— Я ей так и не сказал, что люблю её... — сквозь рыдания смог сказать Алексей.
Аделина погладила его по спине и тоже начала плакать. По козырьку крыши стучали крупные и частые капли дождя, но их плач заглушал им все окружающие звуки просыпающегося города.
— Астерий, какой кошмар. Я до сих пор не могу осознать, что кто-то вообще способен на такое зверство.
Алексей далеко не впервые находил душевное утешение в Аделине, но, уладив все недопонимания, её объятия казались теплее и роднее, чем обычно. Она действительно была его настоящей старой подругой, которая просто запуталась в себе и своих чувствах.
Успокоившись, Алексей отдалился от Аделины.
— Сказали, что похороны будут через три дня. Ты придёшь?
Аделина молча покачала головой.
— Я завтра уезжаю в Берлин, — она посмотрела на Алексея. — Ты не думай — я не веселиться туда еду. После твоих слов я задумалась, и Вика со мной серьёзно поговорила. Она сказала, что договорится со своим дядей, чтобы мне помочь.
— Дядей? — удивился Алексей. — Это тот, который управляет психиатрической клиникой?
Аделина утверждающе кивнула, и Алексей приоткрыл в удивлении рот.
— Я еду в Берлин на два месяца, чтобы пройти обследование и получить лечение в больнице для душевнобольных.
— Дель, я... Возвращайся поскорее и береги себя там. Буду рад любой весточке.
Аделина тепло улыбнулась и ещё раз оглядела Алексея.
— Думаю, нам есть, что обсудить, и делать это стоит в более комфортной обстановке, — она шире распахнула дверь. — Заходи, я попрошу поставить нам чай, отогнать Радикала и найду, во что тебе переодеться, чтобы ты не заболел. А сам пока иди в уборную и умойся.
Алексей медленно зашёл в дом Аделины и закрыл за собой дубовую дверь.
Конец первого тома.
Конец