— Занят предвыборной гонкой, — произнёс Фарги. — Не беспокойся, он уже понял, что жизнь продолжается, но всегда будет готов к твоему возвращению. Как все они.
Я молча покачала головой и отбросила книгу. Мне не хотелось думать об этом и о чём-то другом в этом роде. Я казалась себе слишком измученной, чтоб допускать сомнения относительно того, правильно ли я поступала в прошлом и чем это обернулось для других людей.
— Это действие яда, — сочувственно пояснил Фарги. — К сожалению, я не смог удалить его полностью из твоего организма, и придётся подождать, пока иммунная система справится с этим самостоятельно.
Я молча включила телевизор. По городскому каналу показывали новости, но ничего интересного я не услышала. Молодой диктор как раз заканчивал рассказ о детском празднике в приюте Святой Елены.
— И последнее сообщение на этот час, — произнёс он вслед за этим. — Сегодня зафиксированы ещё два случая заболевания чёрной оспой. Больные госпитализированы. Эпидемиологическая служба магистратуры решила обратиться в Комиссию по биологической безопасности Новой Луизианы с просьбой о помощи в установлении источника заражения и предотвращения распространения болезни. Напоминаем, что на сегодняшний день выявлены шесть случаев заболевания. Однако Городской Совет считает, что говорить об эпидемии рано, и причин для беспокойства пока нет. И всё же, при обнаружении у себя или у ваших близких подозрительных симптомов, мы просим вас не выходить из дома и немедленно позвонить по телефону…
Я перевела взгляд на Фарги и вздрогнула. Он уже успел сменить наряд. На нём были чёрные кожаные брюки и чёрный свитер с высоким воротником под горло. Выражение лица у него было довольно мрачное. Это, вкупе с тем, что он всегда терпеть не мог чёрный цвет и кожаные штаны, заставило меня всерьёз встревожиться.
— Что случилось? — спросила я.
— Позвони в больницу и узнай возраст и пол заболевших, — распорядился он.
— В какую больницу?
Он раздражённо пожал плечами. Мне показалось, что он на меня злится.
Я задумалась. Чёрная оспа была уничтожена несколько столетий назад. Возбудителя этого заболевания больше не существует в природе, хотя раньше эта болезнь выкашивала целые страны на Земле. Кто у нас здесь занимается «историческими» заболеваниями? Госпитальеры!
Я схватила трубку телефона и тут же опустила её на место. А кто у нас «наводит» такие болезни?
— Звони, — негромко произнёс Фарги, встал и подошёл к окну.
Глядя ему в спину, я набрала знакомый номер, и через пять минут аккуратно положила трубку на рычаг.
— Молодые люди заболевали каждый день по двое, — проговорил Фарги, не оборачиваясь. — Каждый раз влюблённая парочка. Бурное развитие заболевания, их увозили прямо с места свидания. Так?
Он обернулся и посмотрел на меня.
— Зачем он это делает? — спросила я.
— Он взял в заложники всех влюблённых города и ждёт, пока ты это заметишь.
— Я не понимаю…
— Знаю, что не понимаешь, хотя всё предельно ясно. Он страдает и требует внимания. Его ненависть вызывают счастливые влюблённые, потому что сам он несчастлив в любви. Он выбрал чёрную оспу, потому что ты знаешь, что её не существует, и только он, пришедший из тёмных веков твоей планеты, может вновь вызвать из небытия этот ужас.
— Несчастлив в любви? — я вскочила с кресла и пошатнулась, едва успев вцепиться за подлокотник. Фарги даже не пошевелился, гневно глядя на меня. — О чём ты? И при чём тут я?
— Кратегус любит тебя, но он тобой отвергнут.
— Да он чуть не убил меня!
— Это было до того.
— До чего?
— До того, как ты вернула ему часть души Джулиана МакЛарена. О чём ты, спрашивается, думала?
Я смутно припомнила какой-то грязный переулок, Кратегуса и что-то трепещущее у меня внутри. Смутные воспоминания из сна, которые казались мне явью, бредовая просьба о поцелуе и удар током.
— Ты что, серьёзно? — изумилась я. — Как я могла это сделать? Это же просто аллегория. «Я передам тебе часть души с этим поцелуем…» Душу, что, так просто отдать на сохранение, и она будет храниться веками как в сейфе, а потом раз — и получи без квитанции? Чушь какая-то.
— Если бы… — вздохнул Фарги. — Что мы вообще знаем о душе? Что это такое? Почему она бессмертна и неистребима, хотя так ранима? Её можно изувечить обычным набором звуков и затем из осколков воскресить одним взглядом. Зачем она появляется на свет, какие цели преследует, что ищет в многочисленных и тяжких воплощениях? Можно ли разделить её, можно ли ею делиться? Никто ничего не знает. Душа — это самое странное и совершенное творение в этой Вселенной, и самое загадочное. Она сама по себе — чудо, и потому ничто самое удивительное, связанное с ней, не является чем-то невероятным. Ты вдохнула в демона человеческую душу. Ту её часть, где был свет любви. И душа начала свою новую жизнь во враждебном окружении. Я не знаю, погубила ли ты её, но эти шестеро на твоей совести.