То, что она чувствует себя обязанной мне за это - ничто, капля в море. Но я знаю, что для нее - это имеет большее значение. Я не так далеко ушел от своего прошлого, чтобы забыть, каково это - не знать, что будет завтра. Я помню ощущение свободного падения по жизни, и надежду, что ты благополучно приземлишься, но, при этом, не ожидая никаких чудес.
- Ты не можешь ходить на работу в футболке и спортивных штанах, - говорю я, прижимая губы к ее скуле, мне нравится ощущать ее в своих руках.
- Хотя эта идея делает меня твердым.
- Я… эээ...
- Что такое, Кади? - я знаю, что делаю с ней. Знаю, что свожу ее с ума, пытаясь заставить ее забыть свое имя. Это мое намерение. Если мне повезет, она так же забудет, что должна быть на работе через пятнадцать минут.
- Ах, - она пытается продолжить, но я не унимаюсь. Свободной рукой хватаю ее за талию и притягиваю вплотную к себе, позволяя почувствовать, что она делает со мной.
Провожу ртом вдоль ее восхитительной шеи к губам, паря над ними, дразня.
- О, Боже, - она стонет, и ее тело становится податливым в моих руках, выполняя мое бессловесное требование.
Но не сейчас.
Мне нужно, чтобы она помнила, как хорошо это ощущается.
Я хочу, чтобы она сама захотела вернуться.
Я хочу, чтобы она хотела меня так, как я хочу ее.
Жадно целуя Кади, заставляю себя остановиться, прежде чем потеряю контроль и разум. Когда я отстраняюсь, ее глаза все еще закрыты, и я улыбаюсь. Она так чертовски красива даже без макияжа и прочей мишуры. Кади собралась за десять минут, и при этом она - самая красивая женщина, которую я когда-либо видел.
Черт!
- Ты опоздаешь на работу, - я тянусь за ее спину и хватаю ключи, резко заканчивая нашу маленькую игру в кошки-мышки.
- Что? – мечтательно спрашивает она, медленно открывая глаза, чтобы посмотреть на меня.
- Работа.
- Верно, - ее большие карие глаза становятся еще больше, когда она вспоминает. - Работа.
Она хихикает и приглаживает свои заплетенные волосы.
- Готова? – спрашиваю я, протягивая ей руку.
Она смотрит на мою руку, и я вижу, как небольшая улыбка расплывается на губах, прежде чем она, наконец, принимает ее и следует за мной к двери.
~ᵗʶᶛᶯˢᶩᶛᵗᶝ ̴ ᶹᶩᶛᵈᶛᵑᵞ©~
- Я увижу тебя во время завтрака? - спрашивает Кади, заглядывая в машину.
- Конечно. Где еще я могу получить твой пирог? - я подмигиваю, и она краснеет, качая головой.
- Спасибо, - она одаряет меня еще одной улыбкой. - За все.
- Пожалуйста. За все.
Я сижу и смотрю, как она заходит в кафе. Мне трудно уехать. Часть меня хочет пойти за ней внутрь, смотреть, как она печет, и убедиться, что ни один плохой парень не попытается приехать и украсть что-нибудь у нее. Но вместо этого направляюсь в свой офис.
Я никогда не приходил на работу так рано, но думаю, это будет прекрасным началом дня.
В Нью-Йорке, где сейчас мой отец, на час больше. И он старый человек, который просыпается до рассвета. Так что я позвоню ему и поинтересуюсь, как там обстоят дела.
Когда я добираюсь до своего офиса на четырнадцатом этаже, я выхожу в приемную и оставляю записку для Нэнси, предупреждая, что я уже здесь. Не хочу, чтобы у нее случился сердечный приступ.
Она всегда приходит первой и часто уходит последней. Если она придет и найдет что-то подозрительное, она подумает, что был взлом.
Я спускаюсь в комнату отдыха и нажимаю несколько кнопок, чтобы приготовить кофе.
Мое имя может быть на вывески здания, но это не значит, что я не знаю дорогу на кухню.
Но чашка кофе занимает у меня намного больше времени, чем у Нэнси.
Нужно повысить ее.
С кофе в руках и включенным компьютером я звоню отцу на мобильный.
- Нейтан? – отвечает папа с тревогой в голосе. - Все хорошо, сынок?
- Да, все здорово. И доброе утро.
- Доброе утро, - говорит он со смешком. - Почему ты проснулся так рано?
- О, просто подумал, что приду немного раньше и позвоню тебе.
- Мы что-то должны обсудить?