— Это к делу не относится.
— Относится, уважаемый доктор. Ваши побудительные мотивы далеко не так возвышенны, как вы хотите представить их.
— До сих пор предполагалось, что у нас и у Европейского движения за монархию те же цели и те же идеалы.
— О, конечно, конечно! — с воодушевлением откликнулся виконт.
— До недавнего времени я тоже так думал, невзирая на возникавшие сомнения.
— Ну, а теперь?
— Мы все более затрудняемся вас понимать.
— Уж не подозревают ли нас в связях с коммунистами?
— Глупости. Политическая ориентация ведущих деятелей движения, в том числе ваша, никогда не вызывала сомнений. Но существуют другого рода подозрения…
— Чрезвычайно любопытно.
— … что наши политические цели кое-кем используются для наполнения своих карманов.
— Это клевета! — заблеял виконт. — Как вы смеете!
— Я говорю лишь о подозрениях, — Крафт сразу сбавил тон. — И вы легко можете их развеять, показав книги учета.
— В данный момент у меня нет этих книг, — сухо ответил оскорбленный виконт. — Но постараюсь, чтобы они были. Это я вам обещаю.
— Вы очень любезны, но, к сожалению, — развел руками Крафт, — мне недостаточно обещания. Необходима твердая гарантия, что я получу все сведения завтра же.
— Но почему так срочно?
— На днях мне самому предстоит отчитываться перед вышестоящими учреждениями. А затем, с соответствующими гарантиями на руках, я думаю, мы сможем подождать реализации хотя бы части выделенных вам средств.
— Понимаю, но….
— К сожалению, больше ждать не могу, — перебил доктор. — Вы должны оценить мое долготерпение. Хотя вас это и не интересует, но для меня вопрос связан с продвижением по службе и, соответственно, членством в бундестаге. Потому я должен действовать только наверняка.
— И это значит?
— Это значит, что завтра в полдень вы передаете мне книги учета. От всей души желаю вам их найти. Если не найдете, то я буду вынужден обратиться в местную прокуратуру и просить, чтобы дела правления ЕДМ были тщательно проверены.
— Вы серьезно?
— Абсолютно.
— Дайте мне хотя бы три дня.
— Невозможно, я сожалею…
— Два дня!
— Исключено! С удовольствием пошел бы вам навстречу, хотя, признаться, тут явно нечисто. Но, дорогой мой виконт, не могу же я из-за вас рисковать карьерой!
— Ну, если так, то… герр доктор, а вы подумали о том, что если нас, то и вас?..
— Не понимаю.
— Вообразите на минуту, что искомой документации не существует в природе. А между тем именно вы были рекомендателем ЕДМ и его политическим гарантом, как вы сами признаете. Значит, ответственность…
— Заблуждаетесь, виконт, — отвечал доктор с превосходством и даже иронией. — Во-первых, я всего-навсего выполнял свои обязанности, поскольку мне поручается выявлять и поддерживать отдельных людей, организации или общественные объединения, которые твердо верят в идеалы Запада и тем самым противостоят и противодействуют распространению коммунистической опасности. Не станете же вы отрицать, что Европейское движение за монархию стоит именно на таких позициях. О том же, между прочим, заявил на первых страницах и пресловутый «Курьер монархии», не говоря уж об Уставе ЕДМ.
— Против этого трудно что-либо возразить, — сказал виконт.
— Во-вторых, я никогда не скрывал своих сомнений относительно политической эффективности Движения, но и не считал их настолько серьезными, чтобы отказать Движению в финансовой помощи. И, наконец, третье. В случае необходимости, дорогой виконт, я могу сослаться на то, что именно от меня исходит требование проверки ваших дел — в связи с тем, что мои сомнения в значительной мере усилились. Как видите, мой дорогой, мне бояться нечего. Или я доказываю с помощью ваших отчетов, что отпущенные вам средства пошли на серьезное дело, и расходы, таким образом, вполне законны, или я разоблачаю все это жульничество. Так или иначе, но моя карьера не пострадает.
— Так, — произнес после паузы виконт. — Так. И вам… м-м… не стыдно?
— Нет. Теперь, надеюсь, все ясно. Даю срок до утра. Чтобы книги отчетов были.
— Ну, а если я признаюсь, что таких книг вообще не существует?
— Но ведь вы только что уверяли…
— Это вранье. Мы никогда никакого учета не вели.
«И это вранье, — проворчала Афродита в своем гардеробе. — Побочные доходы, например, очень даже хорошо учтены, и документация хоть куда».
— Дело в том, — вещал далее виконт, — что все пожертвования, которые к нам поступали, баронесса расходовала по своему усмотрению. И главным образом на себя. Что вы на это скажете?