— Западной Европы, — поправила Афродита. — То есть урезанной. Ибо, насколько я знаю, Европа намного больше.
— Коммунистка, — злобно прошипела Хаферман.
— Но ведь не мы холодную войну… — возмущался Баллер.
— Вам, инспектор, следовало бы ознакомиться с документацией новейшего времени.
— Нечего меня поучать, вас еще на свете не было, когда мы…
— …благодаря европейскому балагану стали морально перевооружаться. Чтобы позднее вооружиться по-настоящему, — выложила Афродита. — Знаю, знаю, инспектор.
Гельмут Баллер вскочил было, но тут же сел.
— Что мне с вами делать? — всплеснул он руками. — Вы все видите сквозь красные очки. И притом два дня назад вы утверждали, что ничего не смыслите в политике.
— К сожалению, мало смыслю, — сказала Афродита, — пока лишь для домашнего потребления.
— Вот и старайтесь потреблять дома. Но здесь, мадемуазель, официальное учреждение и я не могу позволить, чтобы оно было, так сказать, э-э…
— Осквернено, вы хотите сказать, — опять не устояла Афродита. — Я понимаю. Но если вы меня и дальше будете перебивать, вы так и не узнаете, в чем суть всех этих убийств.
Баллер тяжело вздохнул, проклял психологию и наступил на горло своему раздражению.
— Ладно, выкладывайте, — мрачно сказал он.
Но тут дьявол толкнул Арманду Хаферман.
— Я протестую! — визгливо заявила она. — Эта красная бандитка…
Истомленный инспектор взорвался.
— А здесь я распоряжаюсь! — неистово заорал он. — А вы заткнетесь и будете молчать! У меня есть предписания! Я обязан их соблюдать! Я обязан выслушивать и заносить в протокол любое высказывание по делу!
Контуженная мадам окаменела на своем стуле.
— Вот это разговор, — одобрила Афродита. — Предписаний надо придерживаться. Я остановилась на том, что баронесса решила воспользоваться благоприятной, с ее точки зрения, политической обстановкой. Я пристойно выразилась, инспектор?
Остывающий Баллер хмуро кивнул.
— Отлично. Баронесса затребовала к себе уехавшего по своим темным делишкам во Францию виконта Бассакура. Привлекла к делу и тогдашнего своего утешителя благородного Ганса фон Гиммельройта. Так это трио основало Европейское движение за монархию.
— Но здесь нет никакого криминала, — пробурчал Баллер. — Кроме того, всем все известно.
— Верно. Основание ЕДМ прекрасно вписалось в тогдашний политический ландшафт. А то, что трое ловкачей вовсе не собирались заниматься реставрацией монархий, но думали только о наживе — это относилось уже к другой статье и, должна заметить, не лишено было юмора.
— Юмор будет, если вы не приведете доказательств, — заметил все так же хмуро инспектор.
— Доказательства в вашем столе. Шантаж малого и крупного масштаба. И если ваши люди не хлопали ушами, то должны были найти в сейфе у виконта папку с бумагами. Эти бумаги дают представление о полученных ЕДМ пожертвованиях и субсидиях. Причем немалых. Или вы не нашли сейфа?
— За кого вы нас принимаете? — слегка оскорбился Баллер. — Об этом мы еще ночью позаботились. Папка у нас. Но мы пока не успели исследовать ее.
— Рекомендую пощупать, чем она начинена. Все деньги застряли в карманах баронессы и ее компании. Весьма выгодное оказалось дельце. Такое выгодное, что доктор Крафт чуть только унюхал, что там почем, как сразу сыграл в ящик. С помощью благородного виконта. Вот вам мотив последнего убийства.
— Убедительно, — проворчал после паузы Баллер. — Я и то спрашивал себя, за каким чертом виконт прикончил Крафта. Все просто, а?
— Конечно. Сначала дела этой троицы шли не быстро. Но потом стали налаживаться. Сложность была в выкапывании обличительного материала насчет голубокровных соплеменников. Над этим работал весь актив. Привлекли Арманду Хаферман и ее придаток. Позднее завязали связи с детективными бюро разных городов и стран, а для себя оставили только спецзадания. Hо потом баронесса ушла в тень. У нее были свои планы.
— Значит Арманда Хаферман тоже принимала участие в шантаже? — спросил инспектор, с ненавистью глядя на вдовствующий холодильник.
— Где-то в ее квартире вы найдете донесения детективов и кое-что еще интересное. Полагаю, инспектор, что ваши люди хорошо обыскали помещения ЕДМ и баронессы, но едва ли тронули квартиру Хаферманов?
— Для этого не было основания.
— Да вы что, не видите, что эта девка все врет, — испустила легкое шипение мадам. — Нет, это возмутительно!
— Тс, — произнесла Афродита. — Теперь я подхожу к убийствам. Баронесса отлично знала, что рано или поздно ее бизнес лопнет. Без единого, как говорится, гвоздя выстроенное здание ЕДМ рухнет, чуть только кто из благодетелей заинтересуется судьбой денег. Так оно и вышло.