-Татьяна Петровна, вы должно быть не понимаете, мы ведь заплатим! Хорошо заплатим! - от цепких глаз Жоржа не ускользнул небрежно брошенный у зеркала счёт на оплату коммунальных, в котором значился долг за четыре месяца, - ну и кроме того, вы же должны понимать, что Павел Иванович человек влиятельный и отказываться не в ваших интересах, - медовым голосом произносил он слова со скрытой угрозой.
Я отступила вглубь коридора, глядя на своих визитеров глазами размером с блюдце. Слова этого крысоподобного человечка медленно доходили до моего сознания, в груди шевельнулось и подняло голову чувство необъяснимой тревоги. Хотя почему ж необъяснимой: эти трое заполонили собой все пространство моей маленькой прихожки, напрочь отрезая все пути к отступлению и совершенно не оставляя пространства для маневра. Страшно стало! Так, надо постараться успокоиться. Постараться собраться. Постараться дышать и выглядеть естественно. Старюсь очень-очень. Просто вся целиком. Только сердце не слушается!
«Чёрт бы тебя побрал, Машка! Столько лет не виделись - и тут на тебе!» - вихрем пронеслось в моей голове, а вслух я смогла выдавить только, натянув на лицо фальшивую улыбку и переводя взгляд с одного незваного гостя на другого:
-Ну что мне с вами делать? Проходите, раз так, посмотрю, можно ли чем-нибудь вам помочь, - тут пришлось посторониться, пропуская Павла Ивановича в свою святая святых - рабочий кабинет, - а вас я попрошу подождать на кухне!
-О, я знал, я был уверен, что вы не откажете нам в столь деликатном и срочном деле, - расплылось в счастливой улыбке крысоподобное лицо и Жорж вручил мне сверток с пиджаком, а затем скрылся в направлении кухни, увлекая за собой сопровождающий ходячий шкаф.
Павел Иванович вдруг весь как-то подобрался, приосанился и, проходя в комнату, любопытно озирался по сторонам и осторожно перешагивал через ошметки ниток и клочки тканей, щедро рассыпанных по полу. Со всех сторон его окружали отрезы тканей: они штабелями лежали на полках, свисали с вешалок, манили и кричали: “Возьми меня! Отрежь меня!”. По правую сторону от двери вся стена была увешана гроздьями странной формы бумаг, густо испещренных таинственными знаками и цифрами. Посреди комнаты стоял огромный стол, рядом адская машина со множеством шлангов и проводов, отдаленно напоминавшая утюг, но гораздо более - орудие пыток, в левом углу торжественно высилось зеркало во весь человеческий рост и у окна расположился длинный стол с тремя агрегатами, о назначении которых Павел Иванович лишь смутно догадывался.
Я поставила новоиспеченного заказчика перед зеркалом, извлекла из бумажного свертка видавший виды пиджак, с трудом натянула его на тучный организм Павла Ивановича и отошла на пару метров - оценить фронт работ - и воодушевленно сказала:
-Ну не все так страшно! Вот здесь,- вонзила я длинный аристократический палец в виновника всей этой истории - живот, - надо выпустить в общей сложности сантиметра четыре, глядишь и застегнется.
-А что, дорогуша, ты сама на себя работаешь? Много заказов у тебя?
-Да не то чтобы очень, но на жизнь хватает, - я стушевалась перед внезапной фамильярностью Павла Ивановича и не придумала ничего другого, кроме как сказать правду.
-Да видишь ли, мне нужен персональный портной. Я человек занятой и по магазинам мне ходить некогда, поэтому давно уже одежду мне шьют лично, - проговорил Павел Иванович, доставая из пухлого кожаного портмоне маленькую визитку и протягивая ее мне.
-А что же случилось с вашим прежним портным? Вы его четвертовали за некачественную работу? Изваляли в смоле и листьях и сожгли на костре? - честно говоря в мои планы не входило возвращаться к работе по найму, но визитку, настойчиво вложенную мне в ладошку, я все-таки взяла, положила на стол и предприняла попытку задушить, ой, обхватить организм заказчика сантиметровой лентой.
Павел Иванович добродушно рассмеялся, но ответить не успел. В это время нагрудный карман на его сорочке настойчиво завибрировал.
ПАВЕЛ ИВАНОВИЧ.
Слова из динамика телефонной трубки с трудом доходили до разума мужчины.
-Слышишь, Павлик?-с той стороны у абонента была уже форменная истерика,-меня отследили. Я же говорил! Тебе это с рук не сойдет!
Швея, услышавшая вопли, с удивлением подняла голову и посмотрела на клиента. Тот был все ещё тучный, но уже не такой жизнелюбивый. Скорее даже наоборот. Лицо сероватого оттенка и явная паника в глазах.
-Что-то случилось?- мелодичный голос девушки ворвался в пелену его страха.
-Что?- не понял он вопроса и тут же,- нет, нет все в порядке. Жорж, оплати услуги. Нам пора.