Не важно, сколько объективного времени так провела девушка, ведь для неё вечность сжалась до мгновения, а для всего остального миг растянулся в вечность, но, как оказалось, снегу было суждено идти не всегда. В очередной раз проходя мимо статуй, сначала одна из них, а затем и все остальные начали двигаться. Они всё так же были покрыты льдом и оставались безжизненными, но почему-то двигались, совершая когда-то привычные для себя действия. Можно было подумать, что королевство возвращается к некой изощренной жизни, но статуи то и дело рассыпались на осколки, чтобы собраться в другом месте, в другом отрезке прошлого или будущего. Некоторые из сцен такого «театра» отзывались в памяти Элизабет, некоторые она очевидно видела впервые. Но имеет ли это для принцессы какое-то значение она еще не решила, да и вряд ли решит — так она думала, пока не увидела её. Среди бесконечных ледяных фигур она сразу же распознала привычную худощавость и костюм шута. Честер стояла напротив одного из её старых учителей и о чем-то строго его отчитывала; возможно, убеждала впредь не отменять занятия, но это было и неважно. Впервые сердце девушки заколотилось, да так, что казалось вот-вот выпрыгнет из груди; на глазах проступили слезы и она ринулась к подруге, пытаясь её обнять. Но, едва она её коснулась, ледяной образ шута тут же разбился на тысячи осколков. Безуспешно пытаясь поймать её неуловимые частички, она не удержалась на ногах и рухнула на пол, тут же в истерике закричав, что было сил. Дыхание сбилось, а в голове зародилась паника, которая тут же сменилась навязчивой идеей, сковавшей её мысли как тиски. Продолжая лежать на полу, она обдумывала природу местного времени и возможность найти его конкретный период. Те годы, когда она беззаботно играла с Честер и верила в счастливое будущее. Когда еще была жива та единственная, кто могла заставить её улыбаться. Возможно, её можно спасти, возможно, всё можно вернуть назад. Решено. Поднявшись, принцесса решительно осмотрелась и отправилась навстречу прошлому.
Раз за разом Элизабет находила её след, но каждый раз он рассыпался. Это оказалось куда сложнее. Изломленное время королевства действительно было покорно её воле, но чем больше она его эксплуатировала, тем сильнее размывались его границы, смешивая между собой события многих лет и даже веков. Измученная принцесса уже не понимала, где она, что происходит, далекие предки перед ней или еще не родившиеся потомки. Вся реальность стала такой хрупкой и непостоянной, что уже ничему нельзя было доверять. Единственное, что всегда оставалось неизменным — её одиночество. Но она не сдавалась, продолжая просматривать бесконечные варианты ледяных сцен. Еще чуть-чуть и она вернется в те прекрасные деньки, где она наконец будет счастлива вместе… с кем?
Девушка внезапно встала как вкопанная и бесконечные статуи вокруг неё тут же рассыпались. Чем она вообще занимается? Кого-то ищет. Кого?
Издав неестественный для себя смешок, Элизабет задрожала всем телом, а затем запрокинула голову, залившись смехом, но чужим. Хлопнув себя по лбу, она покачала головой — вот глупая же, всё это время она искала Честер… хотя это она сама Честер.
— К чему все эти поиски-ммм? — весело спросила она у пустоты, после чего постаралась сделать фирменное колесо, но, не справившись, села на землю. Впрочем, её это ничуть не расстроило; раскинув ноги, она начала стучать пятками по снегу, с улыбкой пытаясь понять что она делала и чем ей заняться теперь. С интересом оглядываясь, она наблюдала, как всё усиливающаяся вьюга бушует вокруг, закрываясь обзор и грозясь засыпать её снегом. Не успела она подумать о происходящем, как непогода начала утихать, но заново открывшийся вид принадлежал уже не Элинийи — она находилась в какой-то глуши, а поодаль от девушки виднелась какая-то деревушка. Ведя взгляд вдоль горизонта, Честер наткнулась на мужчину, все это время стоявшего прям рядом с ней. С длиннющей черной бородой, в роскошной черной же шубе, с вышитыми неизвестными ей белыми символами — он производил грозное впечатление, если бы не добрый сочувствующий взгляд.