— Так значит это правда! Слышали, вы были правы! — парень обратился к протиснувшейся внутрь низенькой женщине, присоединившейся к остальным.
— Конечно, правда. Стала бы я доверять простым слухам?
— А что конкретно мы здесь ищем? — поинтересовался он.
— Реликвию. Здесь должна находиться корона Фелензии, датируемая еще прошлой эрой.
Услышав такую новость, секунду назад испуганные первопроходцы воодушевленно зашептались, хотя нашелся и скептик, не постеснявшийся уточнить:
— Регалия самой богини? В такой дыре?
— А что вы думаете, находись она на стенде с указателями о местонахождении, её за столько времени никто бы не нашел и не забрал? — уверенно парировала Каори. — Я годами изучала редчайшие тексты, доступные мне лишь по праву службы, чтобы теперь находиться здесь.
— Вот именно, болван, она столичный скриптор, ученица самого Биларгия! Нашел с кем спорить, — заступился за женщину её очевидный помощник.
— Право, не нужно ссориться, мы на пороге великого открытия, так чего же мы ждем? — скромно произнесла скрипторша, с плохо скрываемым удовольствием от полученной лести.
Подготовив всё необходимое, группа зажгла фонари и совершила первые шаги в неизвестность. Кого-то подгоняла будущая слава, кого-то деньги, а кого идеология, но все они, объединенные энтузиазмом, спускались всё глубже и глубже в подземелье.
По мере их продвижения, все отчетливей становилась понятна рукотворная природа этого места — потертые и раскрошившиеся со временем, но все же проглядывались ступени на земле и кладка на стенах. Но если по поводу коридора еще были сомнения, то, когда люди добрались до первого грота, это сомнения мигом развеялись. Правда, появились в другом.
— Это еще что за чертовщина? — воскликнул один из участников экспедиции.
Место, в котором они оказались, можно было назвать комнатой высеченной в пещере. Пугал же её антураж: почти каждый свободный сантиметр поверхностей был исчерчен непонятными символами, а пол был усеян костями, на удивление хорошо сохранившимися, отчего можно было только догадываться, кому они раньше принадлежали. Осторожно перешагивая останки, Керн, помощник Хисимэ и, по сути, глава экспедиции, недоверчиво огляделся.
— Госпожа Каори, а вы уверены, что святая реликвия может храниться в подобном месте?
— Ну-у… мы же и не в королевском музее, правильно? — Чувствовалось, что скрипторша тоже слегка растерялась, но внешне это не показывала. — Мне известно, что Фелензия сражалась здесь с одной из взбунтовавшихся цивилизаций. Одержала победу и все отчистила, так что здесь точно не может быть никаких угроз.
— Не знаю, мне здесь как-то не по себе, — признался один из мужчин.
Каори на некоторое время глубоко задумалась, что выдала её привычка о чем-то нашептывать в такие моменты. Уже собравшись грозно отчитать трусливых союзников, она неожиданно улыбнулась. Кивнув сама себе, она заботливо произнесла:
— Вообще-то, как скриптор, я могу сделать для всех защитные талисманы с божественными символами. На подстраховку. С ними нам точно ничего не будет грозить!
— Конечно!
— Я бы очень хотел
— Сразу надо было!
Со всех сторон раздался шквал одобрения. Вернувшись недалеко в коридор, их группа остановилась на недолгий привал, за время которого Каори наделала всем амулеты из подручных средств — кто-то подносил ей лоскут кожи, кто-то камешки или личные украшения, на все из которого она старательно нанесла мистические знаки.
— Ну вот, другое дело! — радостно произнес главный паникер, пряча под одежду новоявленную защиту.
— Я бесконечно рада, что смогла помочь, — все так же заботливо говорила Каори, — теперь мы можем продолжить нашу экспедицию?
— Да, теперь нам ничего не страшно, — подтвердил Керн, получив согласие от остальных участников. — Хорошо, что вы пошли с нами, а не послали одних, как поступил бы любой другой начальник.
— Что вы, это меньшее, что я могла сделать. Идем же.
Преодолев комнату, напоминавшую склеп, группа продолжила исследовать подземелье, все больше напоминающее какой-то оккультный храм или жилище колдуна — в любом случае, мало кто сомневался, что в этом месте проводили какие-то богомерзкие обряды. Не раз и не два они высказывали радость, что Фелензия очищает мир от подобных его обитателей. А что больше всего раздражало, так это бесконечные пугающие символы, постоянно мельтешащие перед глазами и сливающиеся в свете фонарей в непонятную мешанину, отчего начинала кружиться голова. Несмотря на сравнительно небольшой размер подземелья, казалось, что они бродили по нему целую вечность, пока, наконец ни добрались до комнаты, резко отличающейся от остальных, которую, видимо, всё это время они и искали.