– Меня Егор зовут, – так же осторожно представился малыш.
– Приятно мне, Егор, познакомиться с тобой! И Матвею тоже будет приятно. Матвей! – окликнул внука профессор.
Матвей неуверенно двинулся к деду.
– Познакомься, это Егор. Егор, а это Матвей.
* * *
– Привет, Егор. Ты не будешь играть с нами в футбол?
– Нет. Мне нельзя. Я посмотрю, если можно.
«Господи всемогущий… что же с ним произошло? – Виктор настолько был поражен, что боялся даже прикасаться к собрату. – Это знак… Но знак чего? Что с ним сделали? И кто с ним это сделал?.. Господи… Как это возможно?!»
Игра разладилась. Никто больше не хотел играть в мяч. Апатия, как будто, разом навалилась на обе команды, заставляя детей покидать поле, одного за другим.
Тренер, заметив это, подошел судейскому столику и обратился к организатору «Веселых стартов»:
– Ребята устали. Да и время заканчивается.
Организатор посмотрел на площадку и наклонился к микрофону:
– Уважаемые родители, спасибо огромное за участие в этом мероприятии. Наши юные чемпионы, вы все сегодня были большими молодцами! Все, без сомнения, достойны наших аплодисментов!
В зале раздались бурные овации и радостные возгласы родителей.
– Сейчас сделаем перерыв на час, – продолжил организатор. – А далее наших юных участников ждет праздничный торт и подарки!
Потихоньку все двинулись к выходу.
– Матвеюшка, ты устал, да? – Петров обнял внука.
– Немного, а вы пойдете с нами пить чай с тортом? – Матвей вопросительно посмотрел на Емельянова, который возвышался над ним, как гора, припорошенная белоснежной шевелюрой.
– Конечно, пойдем, правда, Егорушка? Ты хочешь чай с тортом?
Сын утвердительно кивнул.
Вчетвером они дошли до фонтана, расположенного в холле здания. Зашли в кафе, где расположились, вместе с детьми, на удобных диванчиках. За возобновившейся жаркой дискуссией по поводу вчерашних выступлений спикеров два профессора не заметили, как оба ребенка уснули.
– Георгий, ты меня слышишь? – Виктор до сих пор не решался дотронуться до собрата.
Но тот не подавал признаков жизни. Тогда Виктор все же потрепал ангела за плечо. Голова Георгия безжизненно болталась на груди Егора. Виктор очень аккуратно приподнял его голову. На него, не мигая, смотрели два бельма, закрывающие почти всю роговицу глаз. Виктор прижал голову ангела к себе.
«Что же с тобой случилось брат мой… И как возможно сие деяние?..»
Георгий не реагировал.
«Не до́лжно этому быть. Теперь я буду рядом, слышишь? Мы вместе. Все возможно исправить. Надобно время».
* * *
Через неделю Петров позвонил тезке:
– Аркадьич, приветствую, удобно?
Бодрый голос Петрова заставил профессора улыбнуться.
– Удобно дорогой, приветствую!
– Вопрос хочу тебе задать неожиданный, – с хитрецой в голосе продолжил Петров.
– Ты меня начинаешь волновать! – Емельянов был заинтригован.
– Не откажи старику, на Новый год хочу тебя с Егором пригласить на дачу. Воздух чудо, снегу навалило, сосны, белки. В баньке тебя попарю. Иван Аркадьевич, не пожалеешь! Дача у меня загляденье как хороша. Честно! Да и внук меня истерзал всего. Ультиматум поставил, представляешь?! Челом бью, барин, будь ласков, а? – голос Петрова излучал весь спектр положительных эмоций.
– Шутишь? Мог бы и на первом предложении остановиться. Конечно, приедем!
– Ах ты, а! А что же сразу не сказал-то?!
– Слушал речь твою медовую, батенька. Как стелил-то, право слово! – Емельянов, подражая оппоненту, перешел на старорусскую речь.
И оба профессора рассмеялись.
* * *
Маша с детьми прибыла на дачу за неделю до торжества. Предстояло подготовить их сказочную избушку к любимому празднику.
Поселок предстал перед ними во всей своей зимней красе. С неба медленно падали ослепительно белые снежинки, похожие на маленьких балерин. Под музыку зимнего леса они плавно вальсировали, опускаясь на землю. Одетые словно в хрустящие пачки, укрывали собой все, что встречалось на их пути: пушистые лапы сосен, дома, дорожки. Сугробы, которых немало намело за декабрь, горели серебром, покрывая участок искрящимся снегом.
Морозов, увязая в сугробах, прорывался к дому за лопатой. Спустя час сказочная дорожка к их, не менее сказочной избушке, была проложена добрым магом Иваном. Дети, шумя и кидаясь тут же слепленными снежками, ринулись к дому. Пока родители выгружали съестные припасы и прочие надобности к празднику, дети окончательно превратились в снеговиков.
– Алиса, Матвей, Господи! Посмотрите, на кого вы похожи! – Маша отряхивала детей от налипшего снега.
Растопили камин. Потрескивающие в нем березовые дрова издавали ни с чем несравнимый аромат. Комната согрелась, отдавая людям свой теплый смолистый запах бревенчатых стен.