– Можно превратить Матвея в большого, чтобы он ушел от этих?.. – Алиса вцепилась в Виктора с мольбами о немедленном участии ангелов в жизни мальчика.
– Можно, принцесса моя. Его жизнь изменится, как только он произнесет заветные слова. Сама скоро все увидишь…
И они поднялись в воздух.
В Калининграде Виктор вписал еще одного ребенка. Белокурая Анжелика Сергеева была очередной неприкасаемой в его золотом списке.
Основатель династии Рюриковичей, Великий Новгород, пропитанный легендами, встретил Алису золотыми куполами множества храмов, монастырей и крепостных стен. Город-музей с тринадцати вековой историей показался ей городом сказочных замков и удивительных историй, которые поведал Виктор, пока они кружились вверху. Прямо в черте города, на Троицкой улице, они оказались рядом с раскопом, где велись непрерывные работы археологов. Девочка Катерина сидела на камне, внимательно разглядывая картинки из книги.
– Катя, Катя! – кричал бородатый худой мужчина, выискивая глазами свою дочь.
– Я здесь! – она помахала рукой.
– Собирайся живо, на сегодня закончили! Ждать не буду, учти! – крикнул ей отец и скрылся в павильоне.
Ангелы взяли Катю за руки. Алиса забрала из ее рук книгу, положила на землю и обняла девочку. Нашептав ей на ухо историю, поцеловала в обе щечки, и они двинулись дальше.
– Я буду тебя ждать, – услышали они Катин голос, покидая этот великолепный город.
* * *
Дом ребенка в Вологде по Комсомольской улице и в Сыктывкаре на Чкалова встретил ангелов двумя очень похожими белокурыми созданиями. Николь и Луиза, так звали девочек пяти лет отроду. Георгий с превеликим удовольствием повязал свою нить на их миниатюрные белоснежные запястья.
Оставался последний на сегодня реликваторий. Они забрали Алису и устремились в сторону Северного Кавказа.
Город-герой Волгоград встретил их своей узнаваемой во всем мире высочайшей статуей. Это была «Родина-мать». Облетев весь мемориальный комплекс, они приземлились на проспекте Ленина, возле музея занимательных наук Эйнштейна. Григорий, мальчик, на вид лет шести, стоял у входа, ковыряя носком стоптанного ботинка землю.
– Гриша, ты чего тут? Давно стоишь? – к входу подошла девушка.
– Нет, не долго. Вас жду. Можно мне с вами пройти?
– Пойдем, мой вундеркинд. У меня экскурсия через двадцать минут начинается, успеем перекусить что-нибудь. Ты ел? – она внимательно посмотрела в глаза ребенку.
– Ел, – тихо ответил мальчик, потупив взгляд.
– Врешь, поди. А это что такое? – Алена, так звали девушку, взяла его за руку и стала засучивать рукав давно нестиранной рубашки. Большие отпечатки пальцев на худенькой руке отливали сине-бордовым цветом. – Он что, тебя опять бил?
– Нет. Пожалуйста, только не жалуйтесь никому. Мне потом еще хуже живется. – Умоляющий Гришкин взгляд заставил Алену взять ребенка на руки и крепко обнять.
– Что же делать нам с тобой, а? Что же придумать? Так. Пойдем, я сначала тебя покормлю, а потом уже пойдешь к своему любимому ящику Пандоры, – девушка улыбнулась, потерлась носом о щеку мальчика, и они зашли внутрь.
Алиса с ангелами направилась следом. Почти тут же он вышли, исполнив свою миссию.
На набережной Ростова-на-Дону они увидели бронзовую скульптуру, изображающую рисующего художника. Он рисовал картину по невидимому полотну, обрамленному бронзовой рамой. В одной руке у него была кисть, в другой – палитра. Рядом стоял мальчик и играл на скрипке. Возле его ног лежал открытый футляр, в котором россыпью лежали монеты разного достоинства. Проходящие люди улыбались, глядя на Никиту, и почти каждый кидал в футляр пару монет.
– Когда он закончит произведение, приступаем, – ангелы встали за спиной ребенка.
– Привет, Никита, – поздоровалась Алиса. – Ты здорово играешь! У меня нет монет, но у меня есть кое-что лучше, чем деньги. Все твои желания исполнятся в тот же миг!
Ангелы взяли мальчика за руки.