Логан взял посох, открыл дверь и вышел из машины навстречу тому, что его ожидало.
Порыв холодного ветра почти швырнул его назад, ледяной воздух пробирал прямо до костей. Ветер дул очень сильно, но его сила никак не действовала на столпившихся возле машины призраков. Они не двинулись вперед и не расступились, когда Логан выбрался наружу, а остались там, где стояли, и лишь пристально следили за его перемещениями своими незрячими глазами. Некоторые подняли руки, словно желая дотронуться до него — жест столь слабый, что он скорее обозначал намерение, а не действие. Сотрясаясь от натиска ледяного ветра, Логан выставил перед собой черный посох так, чтобы его поверхность отразила естественный свет. В ответ завыл и застонал ветер — а может быть, это были голоса призраков. Вырезанные на посохе руны внезапно вспыхнули собственным светом, магия зажгла их.
Духи мертвых отшатнулись, и на мгновение Логану показалось, что сейчас они рассеются. Но позади них на дороге начала сгущаться странная тьма. Из ее клубящейся массы проявлялись все новые и новые призраки, присоединяясь к тем, что уже окружали Логана. Он смотрел, как они приближаются, отчасти не веря собственным глазам, отчасти признавая неизбежное. Эти мертвецы появлялись не по собственной воле — мертвые никогда не ведут себя так. Они кем-то вызваны или посланы. Будучи Рыцарем Слова, Логан кое-что знал о таких вещах.
Но что породило тьму, из которой они исходили?
Логан крепче сжал черный посох и двинулся вперед, пробираясь сквозь столпившихся духов. Их белесая пустота не препятствовала ему, бестелесные образы рассеивались и меняли форму, когда он шел. Только прямое столкновение с породившей их сущностью даст ему возможность разобраться в происходящем. Если он желает освободиться от этого — чем бы оно ни было, — ему надо добраться до первопричины явления, до самой тьмы, из которой всплывают духи.
Когда Логан подошел поближе, тьма стала плотной и непроницаемой, и даже достигнув ее границ, он не смог определить, что же это такое.
Логан призвал магию посоха, и она окутала его голубоватым светом, создавая вокруг тела Рыцаря своеобразные доспехи. Он почувствовал теплоту окружавшей его защиты и приободрился. Затем Логан хлестнул облако мрака, вспарывая его, как кусок ткани. Оно легко разделилась на части, неспособное удержать свою целостность, и он испытал острую радость от осознания своей силы.
Но тьма разошлась лишь на мгновение — а потом почти без усилий восстановилась, сомкнув рваные края. Новые призраки выплыли из черного источника, новые лица окружили Логана. Он атаковал опять. И снова тьма раздалась и быстро сомкнулась, уничтожая следы его удара. Клубящаяся масса выглядела так, будто ничего не случилось, и даже увеличилась в размерах.
Теперь уже руки мертвецов касались его. Логан чувствовал, как они шарят по его телу пальцами, ледяными, как горный ветер. Он ощущал холодную влагу на своей коже, ее знобкое прикосновение пробирало даже через одежду. Эффект был неприятный, странный и подтачивающий силы. Он чувствовал, что слабеет, что сила истекает из него.
Разозлившись, Логан попытался действовать по-другому. Вместо резкой прямой атаки он использовал магию наподобие огромной ветряной мельницы, пытаясь с ее помощью развеять тьму. Его усилия увенчались успехом. Созданный им ветер уничтожил темную массу, а вспыхнувшее пламя превратило ее остатки в клубы дыма. Логан стоял, глядя на происшедшее, и тяжело дышал. От тьмы ничего не осталось. Путь впереди был чист.
Но теперь на него с новой силой навалились призраки мертвецов, прикасаясь к нему все более требовательно и настойчиво, и Логан увидел, что тьма начинает восстанавливаться. Он ошеломленно наблюдал, как она сгущается, становясь еще больше, чем была, наступая на него. Пустоглазые призраки изливались из непроницаемо-темного узла в центре. Теперь их было так много, что они спотыкались друг о друга, пытаясь добраться до Логана. Призраки буквально запрудили дорогу.
Логан ощутил внезапную панику и немедленно понял ее источник. Он думал, что всегда готов к неожиданностям, когда бы они ни проявились, и способен инстинктивно принять решение в любой ситуации. Но сейчас он растерялся; его несло по течению без весел и руля. Его попытки атаковать тьму, рассеять или ослабить ее оказались полностью бесплодными — и теперь Логан вообще не знал, что делать.
Он невольно сделал шаг назад. Что-то в том, как он сражался в этой битве, приносило ему скорее вред, чем пользу. И если Логан не собирается проигрывать, он должен сообразить, в чем дело.