— У каждой из сторон есть служители, с помощью которых она добивается цели. Пустота использует демонов — темных бездушных монстров, жаждущих лишь разрушения и убийств. У Слова есть Рыцари, защитники, призванные рассеять демонов. Когда-то они почти победили. Но люди оказались непредсказуемыми и непостоянными — и в конце концов пали жертвой собственной победы, своими руками взрастив демонов Пустоты. Теперь люди опять гибнут, и цивилизация погибает вместе с ними.
Анжела не знает, верить ему или нет. Конечно, можно решить, что в его рассказе столько же правды, как и в любой сказке. Но сама манера изложения придает рассказу вес истины, и девушка осознает, что верит этому человеку, несмотря на все оговорки. Слова индейца дают правдоподобное объяснение всеобщему безумию, творящемуся в мире. Анжела всегда знала, что происходит нечто более страшное, чем кажется на первый взгляд, что войны между нациями и народами, между разными религиозными конфессиями — лишь части какого-то процесса, смысл которого ей не дано понять.
— Я служу Госпоже, которая суть голос Слова, — продолжает Два Медведя. — Она велела мне найти тех, кто попытается еще раз восстановить равновесие. Долгое время это было невозможно: злоба и ярость столь возросли, что превозмочь их не стоило и пробовать. Но теперь прошло достаточно времени, и у нас есть шанс. Хочешь ли ты служить Слову?
Анжела застигнута врасплох и удивленно глядит на него.
— Мое место здесь, с моими людьми, — отвечает она.
— Твой народ не ограничивается теми, кто живет в этом маленьком районе большого города, — возражает индеец. — Твой народ — это люди во всем мире, близкие и далекие. Если ты понимаешь это, ты должна будешь понять, что мир не ограничивается твоими соседями. Равновесия, восстановленного в одном отдельно взятом месте, недостаточно, чтобы что-либо изменить. В конце концов, ты потерпишь неудачу и твой маленький мир станет частью большого безумия. Его уничтожат.
Анжела знает, что он прав. Последнее время ее мучают такие же мысли. Она сражается в заранее проигранной битве, потому что большой мир продолжает вторгаться сюда. Но Анжела боится потерять даже эту цель — ведь это все, что у нее осталось.
— Чего ты хочешь от меня? Что я должна делать? — спрашивает она.
Большой человек склоняется к ней.
— Госпожа нуждается в твоей помощи. Она хотела бы, чтоб ты стала Рыцарем Слова. Она хотела бы, чтобы ты вступила в ряды ее служителей и посвятила свою жизнь восстановлению равновесия. Она хотела бы, чтобы ты сражалась с демонами и их слугами, против зла, которое они насаждают. Она вручает тебе это.
Два Медведя поднимает черный посох, который покоится рядом с ним на скамье. В первый раз Анжела видела его мельком и уже успела забыть о нем. Теперь она видит его вблизи, видит, что вся поверхность посоха покрыта глубокой резьбой, орнамент на отполированном дереве как-то особенно светится. Анжела никогда не видела ничего подобного. Эта вещь манит, притягивает к себе как ничто другое. И когда Два Медведя протягивает ей посох, она берет его с тайной надеждой, что, может быть, он предназначен для нее.
— Храни его так, чтобы он всегда был с тобой. Это — твой меч и твой щит. Он охранит тебя от того, за чем ты гонишься — и от того, что, в свою очередь, преследует тебя. Это талисман магической силы. Никто не устоит против него. Но его сила не бесконечна, она напрямую зависит от твоей собственной силы. Если ты устала, то и он также устанет. Если ты беспечна и неосторожна или тебя покинуло мужество, то ты все равно подвергаешься опасности, даже с посохом.
— Что же он делает? — спрашивает Анжела индейца.
— Ты поймешь, когда воспользуешься им. Твоя интуиция подскажет тебе.
Анжела все еще не может решить, согласна ли она, но когда Два Медведя рассказывает ей о лагерях рабов, об уже начавшихся нападениях на компаунды и об участи людей, попавших в плен, девушка делает выбор. Когда он встает, чтобы уйти, Анжела уже держит посох в руках, хотя ее новая жизнь лишь неясно брезжит на краешке сознания — загадка, которую однажды, когда наступит время, она должна будет разгадать.
Девушка смотрит, как удаляется большой человек, как он ступает в полумрак между зданиями, на то самое место, где она впервые заметила его массивную неподвижную фигуру. Потом ее внимание отвлекает какой-то шум, и она инстинктивно оборачивается на звук.
Когда Анжела поворачивает голову обратно, его уже нет. И что-то в том, как именно он исчез, — возможно, стремительность — наводит ее на мысль, что на самом деле его никогда здесь и не было.
Когда Деллорин добралась до складского комплекса и начала обследовать разграбленные боксы, уже близилась полночь. Она шла по следам женщины-Рыцаря от самого Анахейма, от отеля, где они столкнулись, от руин города на север, через сельскую местность. Охота оказалась медленной и трудной. Трудной, однако не невозможной. Если уж Деллорин брала след, то могла загнать любое существо. Она была наделена привычками и инстинктами животных, способностями дикого зверя, и это давало ей неоспоримые преимущества над другими собратьями. Демоны являлись измененными людьми — но Деллорин всегда была более животным, нежели человеком.