— Там одиннадцать человек, все хорошо подготовленные и вооруженные. Они пошли на юг по направлению к складам, за двадцать-тридцать миль от города, на поиски лекарств и консервов, с которыми собирались вернуться в компаунд. Эта экспедиция рассчитывалась на пять дней. — Она снова помолчала, словно ожидая реакции с его стороны, потом сказала: — Это было неделю назад, и они не вернулись. Среди них мой отец.
Теперь Ястреб услышал страх в ее голосе, глубокий непреходящий ужас. Его предостережения относительно голосов Свечи и странностей, творящихся в городе, сделали свое дело. На мгновение он пожалел, что не приберег эти новости до другого раза. Но что сделано, того не вернешь.
— Там одиннадцать вооруженных мужчин, — сказал Ястреб, пытаясь успокоить ее. — Они знают, что делают. Они могут защитить себя.
Он почувствовал, что Тесса качает головой.
— Хрипуны и Ящерица, о которых ты мне рассказывал, тоже знали, что делают. Они тоже должны были защитить себя, но смотри, что вышло.
— Это не одно и то же. Одиннадцать вооруженных мужчин могут противостоять чему угодно. С твоим отцом все будет в порядке.
Ястреб всей душей хотел поверить в свои слова. Он хотел бы придумать еще что-нибудь, чтобы утешить ее. Он знал, как Тесса привязана к отцу и матери и что значит для нее потерять кого-то из них.
«Ты глупец», — со злостью сказал он себе.
— Я должна идти, — внезапно проговорила Тесса и отстранилась. Она встала и пошла к двери, потом оглянулась на него. — Когда ты снова придешь?
Ястреб тоже встал.
— Если ты пообещаешь быть осторожной, я приду. Через две ночи, хорошо?
Тесса побежала и прижалась к нему.
— Ты один пойдешь по улицам.
— Иногда на улицах безопаснее.
— Не произноси таких слов.
— Я люблю тебя.
— Я люблю тебя еще больше. — Она крепко поцеловала его, потом оттолкнула, ее черные глаза сияли, лицо отражало бурю эмоций. — Я хочу тебя. Я хочу от тебя всего. Я хочу быть с тобой навсегда.
Тесса снова поцеловала Ястреба, потом повернулась, стремительно проскользнула в дверь туннеля и исчезла. Ястреб постоял, прислушиваясь к звуку задвигающихся запоров и к наступившей потом тишине. Он пылал от волнения и разрывался от страха, он едва владел собой. Два слова пульсировали у него в голове в такт ударам сердца.
«Не уходи!»
Глава четырнадцатая
— Кирисин, — прошептал Биат через щель в открытой двери. — Ты собираешься идти спать?
Мальчик-эльф посмотрел на друга через плечо и увидел его узкое худое лицо в тусклом свете свечи.
— Я как раз заканчиваю, — ответил он.
— Ты знаешь, который час?
Кирисин покачал головой.
— Ну, еще не рассвело.
Биат изобразил на лице отчаяние и исчез, дверь закрылась. Кирисин вновь начал писать.
Он сидел на крошечной веранде дома, который поделили между собой шестеро — Биат, Эриша, Рэйа, Джэм, Гилн и он сам. Четверо были родом из Цинтры, остальные приехали из других мест, чтобы участвовать в Избрании.
Большая часть эльфийского народа обитала в Цинтре, но существовали и другие небольшие сообщества, разбросанные по миру и также жившие в лесах. При выборе Избранных Элкрус могла бы ограничиться только эльфами, живущими рядом с ней. Но, видимо, ей нравилось, когда они собираются отовсюду, и так было с незапамятных времен. В конце концов Элкрус есть Элкрус — она имела право получать то, что хотела.
Когда Кирисин познакомился с ней, у него захватило дух. Сначала пред ним предстали великолепные, поражавшие красотой деревья, потом он увидел Элкрус. Высокое и стройное дерево, чей облик превосходил все представления о величии или грации. Серебристая кора и темно-красные листья создавали неповторимую ауру покоя, мерцание ее листвы наводило на мысль о чем-то шелковом и невесомом. Она была волшебная; какое дерево походило на нее или могло сравниться с ней? Она была единственной в своем роде.
Элкрус создали много веков назад, чтобы сохранить Запрещение, барьер, за который отбросили демонов во времена волшебства. До тех пор, пока она существует, они не смогут освободиться. Избранные являлись слугами Элкрус, призванными беречь ее. Это была великая честь, но она не включала в себя выяснения причин или побуждений Элкрус. От слуг Элкрус требовались преданность и подчинение, удовлетворение личного любопытства не приветствовалось.
Все же Кирисину очень хотелось лучше понять ее. О ней знали так мало, большая часть знания была собрана из отрывочных сведений, полученных за годы службы многих поколений Избранных. Элкрус существовала уже тысячи лет, и почти все, что было написано о ней во времена ее создания, утрачено…