Перед тем как вырубиться, успел заметить, как мальчик метнулся к двери. Потом — темнота.
СОН
На этот раз пробуждение было не столько пробуждением, сколько включением. Я просто открыл глаза — и понял, что завис в темной комнате. Большое окно выходило в сад, занавески шевелились, как белые флаги на ветру, но я не чувствовал ни ветра, ни даже движения воздуха. Свет бил из окна так ярко, что силуэт человека за столом был лишь пятном в контрасте.
Я попытался сделать шаг, но даже пошевелиться не смог.
— Всё в порядке. Потерпи. Скоро сможешь двигаться, — прошелестел голос. Тембр мягкий, но не понять — мужской или женский.
— Кто ты? — выдавил я, борясь с невидимым захватом.
— Перестань, — в голосе впервые появилось раздражение. — Ты в сети. Неужели не понял? Приглуши эмоции. Шумно от тебя.
— Какие эмоции? Освободи меня! — заорал я.
— Не могу. Визуализация ещё восстанавливается. А ты орёшь, как резаный. Как вы вообще живёте с таким уровнем перепадов? Я просто поговорить хочу…
— Пошёл ты. Кто ты такой, чтобы я с тобой разговаривал?
— Я — Разум. Вы ещё зовёте меня “тот псих, что всё сломал”. Безумец, уничтоживший мир. Люди любят ярлыки.
Смысл его слов начал медленно складываться в голове. Сеть? Как я сюда попал? Через портал? Застрял при переходе на Арог? Но я же помню тюрьму. Комнату. Замок...
— "Чёрная сотня", — проворчал голос. — Наконец-то.
Комната вокруг ожила. Исчез чёрно-белый контраст, проступили полутона. Стены, мебель, книжные полки. Тень за столом поднялась и подошла ближе.
Передо мной стоял... Алекс!?
— Алекс?! — вскрикнул я, дёрнувшись вперёд.
Он поднял руки: — Стой. Я не Алекс. Подожди, сейчас тебя отпущу.
И правда — я почувствовал тело. Смог двигаться. Он указал на кресло:
— Сядь.
Я уселся. Он — напротив. Руки сложены домиком, взгляд — как у Сашки.
— Шура, ты чего? Не узнаешь?
— Сергей, я не Алекс, — сказал он, его голос был как у Алекса. — Я копия. Все, кто проходит портал, сканируются. Остаётся цифровая тень. Вот я — его.
— Пить хочешь? — Он щелкнул пальцами — в руке оказался графин с янтарной жидкостью. Налил в тонкий бокал, отхлебнул, зажмурился от удовольствия. Я тоже попробовал. Вино оказалось удивительно вкусным.
— Ты там на Земле наворотил. Не все в клане хотят с тобой общаться, — он налил себе второй бокал.
— Жалко, что ты — не он, — сказал я. Клан меня волновал меньше всего.
— Можно сказать, я — он. Копия свежая. Чувства, отношения — всё во мне осталось. Плюс мои задачи и... немного другой характер.
— Значит, я здесь не просто так?
— Конечно, нет. Не стал бы я на тебя время тратить просто так. У меня для тебя предложение. Я даю тебе доступ к возможностям, ты — своё согласие действовать по моим рекомендациям. Оба выигрываем.
— И что ты можешь предложить?
— Ну вот — уже предлагаю. Пока мы тут сидим и пьём "Мозельское", тебя в реальности лечат от красной лихорадки. Я мог бы, кстати, и заблокировать вход...
— Хватит блефовать, — я налил себе ещё и громко поставил кувшин на стол. — "Мозельское" твоё дерьмо. Сделай в следующий раз суше. Ты не можешь заблокировать вход. Первый раз портал открылся без копирования. Значит, ты врёшь.
Алекс усмехнулся, щёлкнул пальцами — вино стало светлее.
— Твоя “сухая” версия. Ладно. Блокировать — не могу. Но могу помочь. Например: рукопашка. Я подтяну тебе реакцию, отточим приёмы, всё станет автоматикой. За пару сеансов.
Вот это уже интереснее. Даже похоже на правду. Вообще, разговор как покер — кто кого переблефует.
Я встал, обошёл его кресло, заглянул за спину, сел снова. Сокрушённо вздохнул.
— Что ищешь? — он поднял бровь. Прям как Алекс.
— Рога. Хвост. Запах серы. Сделку-то мне предлагаешь, не?
Он не выдержал, рассмеялся, аж до слёз. — Два… два ноль в твою пользу.
Когда отдышался, налил ещё — прямо из горлышка:
— Ладно. Обучение — подарок. Но я могу быть полезен. Умения, анализ, прогнозы…
— Интриги плести?
— Не перебивай. Даже интриги. Ты будешь жить среди удов. Если не хочешь, чтобы от тебя остались рожки да ножки — учись. Ошибок ты уже наделал.
— Электроник ты, блин, — буркнул я. Сейчас начнётся лекция “какой ты идиот”.
— Именно. Ты — идиот. А я — нет, — он заглянул в мои мысли. — Я бы, например, не носился по стране с маячком.
— С каким ещё маячком?
— В твоём шестопере маяк стоял. Ты что думал, они тебя по запаху нашли? Или у них вся полиция в кармане?
Я пожал плечами. Допустим.
— Это не всё. Причина твоего побега... Ты правда не понял, как тебя провели?
— Не твоё дело, — буркнул я. Снова муторно стало. Думал ли я об этом? Конечно. Каждый день. Про Эльку. Не может быть, что всё — ложь. Поцелуи, смех, голос... А потом — дневник. Как удар ножом. Надписи, как пули.
— Этот дневник — фальшивка. Подбросили тебе его. На каком языке он был?
— На… русском, — прошептал я.
— А ты сам бы стал писать всё самое сокровенное на русском? В тетрадке, если у тебя есть ноут?
Я вцепился в подлокотники. Резные львы впились в ладони. Он прав. Развели. Всё развалили. Хотели — предал. Хотели — ушёл от Эльки. Хотели — стал чужим. Получилось.
— Ты даже не представляешь, насколько ты никто, — он давил. — На Ароге любой может тебя убить. И никто не вступится. Беглый. Изгой.
Я смотрел в окно. За ним — яблоня в цвету. Ветка махала мне белыми цветами. Элька… Что я наделал?
— Насчёт любви — не уверен. По слухам, она помолвлена, — хладнокровно добавил он.
— С кем?! — подался я вперёд.
Он не ответил.
— Не печалься. Всё проходит. Возвращайся. Сделки не будет. Просто… я хочу снова почувствовать себя человеком. Я помогу тебе. А ты, может, и мне когда-нибудь поможешь.
Мир резко погас. Всё исчезло.
Глава 21 спасение
ЗАМОК ЧЁРНОЙ СОТНИ
Пробуждение было на редкость легким. Даже приятным. Сладко потянувшись, я глянул в узкое оконце — небо едва начало сереть, вытесняя чёрную краску ночи. Спать больше не хотелось. Потянувшись ещё раз до хруста, я соскочил на холодный каменный пол.
Осторожно, стараясь не разбудить спящего на соседней койке Алекса, я выскользнул из комнаты. Караульный у ворот, ворча сквозь зубы, открыл калитку, а я рванул к озеру — до него два километра, надо успеть до завтрака.
Прошло уже несколько дней с момента моего… ну, не "чудесного", но довольно странного выздоровления. Никакого волшебства, если по-честному. Просто дважды повезло. Первый раз — что возле ворот замка оказался Алекс. Второй — что в подвале, где я умирал, был старый портал. Алекс с хозяином замка (остальные просто шарахались от меня) дотащили меня до него.
Пока я пил "Мозельское" с цифровой копией, настоящий Алекс сидел у ворот портала и ждал. Повезло с другом. Хотя сам он считал, что это не везение. Говорил, что получил письмо от моего имени — якобы я его звал. А я оказался у ворот "Чёрной сотни" просто потому, что это был один из немногих замков, куда ещё не дотянулись щупальца Стива. И именно тут находился заброшенный портал, ради которого и построили этот замок лет восемьсот назад.
Кто всё это провернул — оставалось загадкой. Были мысли. Конечно были. Но как связать Искина, Эльку и Алекса в одну цепь? Что у них общего? Как они оказались вплетены в мой маршрут, в мою судьбу?
Сердце сжалось, будто кто-то полоснул изнутри. Элька!!!!
Каждую ночь она приходит ко мне во сне. И каждый раз я просыпаюсь убитым. Не от боли, а от безысходности. Боль — будто жгут железом. А за болью — лишь пустота и тоска.
Это еще хуже
Бег по скалам, ледяные заплывы — это единственное, что сбивает с мыслей о ней. Не надолго. Но хотя бы на полчаса становится чуть легче. Пока не остановишься. Пока не остынешь.
Физическая боль — спасение. Если бы была таблетка, способная притупить эту тоску, я бы купил её за любые деньги. Но у этой боли нет лекарства. Только время.