— Я, с радостью! — Воскликнула Лея и, обратившись к Гору, спросила:
— Ты не будешь против, если мы с Ра навестим мою маму?
— Раз тебе так этого хочется, я не возражаю, — со вздохом ответил молодой человек.
— Не волнуйся, сынок! Я на обратном пути залечу в Шумер и привезу твою жену и сына назад, — успокоил Гора Зейвс.
Зейвс еще раз взглянул вверх, где повисли пульсирующие плазмоиды, которые вместе с полной Луной освещали призрачным голубоватым светом все вокруг.
— Все это очень странно, — подумал Зейвс, — более чем странно.
3
Весь город собрался на берегу Евфрата, чтобы проводить Эфхиора, Айрика и еще два десятка человек в плавание вниз по реке. Тепло, попрощавшись с близкими, отплывающие поднялись на борт и по команде Айрика гребцы налегли на весла. Корабль медленно отчалил от берега и начал свой неблизкий путь. Когда он скрылся из виду, берег стал понемногу пустеть и только две женские фигуры еще долго оставались стоять на берегу.
— И нам пора. Пошли домой Илия, — обратилась Гера к подруге, обнимая ее за талию и увлекая за собой в сторону города. Илия, еще раз оглянулась на реку, по которой корабль унес ее мужа в дальний путь, и последовала за Герой.
— Я давно хотела сказать тебе, что и мне вскоре придется отправиться ненадолго в путь, — сказала Гера Илие, — я дала слово Зевсу и должна его сдержать.
— Эфхиор отправился в дальние страны, ты последуешь за Зевсом, а кто же останется здесь?
— Вот об этом я и хотела поговорить. Ты — верховная жрица, и кто, как не ты можешь взвалить власть на свои плечи.
— Но почему я? Ведь есть Зара, Саул и Грифт здесь.
— Только тебя одну станут одинаково слушать и твои соплеменники Аккады и мои, Шуми. Поверь мне, я разговаривала с Зарой. Она сама сказала мне, что не сможет справиться с таким поручением и сама предложила поручить это именно тебе. Саул тоже поддержал меня, так что, пока я буду отсутствовать, ты станешь царицей Шумера.
— И когда же ты собираешься покинуть нас, Гера?
— Я и сама не знаю. Вот вернется Зевс, тогда и узнаю.
— Прости меня за дерзость, Гера, но мне показалось, что между тобой и Зевсом что-то происходит. Если это так, то как же его божественная жена — Изида?
— Поверь мне, ты ошибаешься! Между мной и Зевсом ничего нет и быть не может, кроме дружбы. Может быть, ему бы и хотелось этого, потому что я очень похожа на его первую жену, но я слишком уважаю и почитаю Изиду, чтобы позволить себе такое.
— Но, признайся, ведь он тебе не безразличен?
— Что из того? И давай закроем эту тему! Это касается только меня! — раздраженно оборвала Гера.
— Прости, я не хотела тебя обидеть. Конечно — это только твое дело, но от любви никуда не убежишь! Я же не слепая, и вижу, что с тех пор, как Зевс поселился в твоем доме, ты буквально вся светишься.
Гера закусила губу. Ей нечем было возразить старшей подруге. Она и сама понимала, что ни к чему хорошему ее чувства к Зевсу не приведут, но ничего не могла с собою поделать. Все ее мысли, как бы она не пыталась их отгонять, все ее существо тянулось к Зевсу. Раньше она и представить себе не могла, что чувство любви к мужчине вновь сможет так захватить ее и что она, взрослая женщина, родившая двух дочерей, вновь сможет влюбиться, как девчонка. И как после всего этого смотреть в глаза Изы, которой она, Гера, стольким обязана?
— Нет! — твердо про себя решила Гера. — Я спрячу свою любовь в себе и Зевсу не позволю никаких более близких отношений, чем дружба и благодарность за появление у меня маленькой Евы.
— Ты ошибаешься, — еще раз ответила Гера Илие, — и давай прекратим разговор на эту тему.
— Как тебе будет угодно, — ответила Илия, а про себя, усмехнувшись, подумала, — беги не беги, а от судьбы не убежишь.
В доме обе женщины застали хлопотавшую у огня Зару и Грифта, сидящего за столом, колдовавшего над своими мудреными предметами и что-то объяснявшего маленькому Адаму.
— Ну, наконец-то. Прошу всех к столу, — пригласила Зара, у меня как раз все готово.
Женщины поблагодарили ее и присоединились к Грифту, присев напротив него. Зара подала на стол горячую похлебку и хлеб. Женщины, воздав хвалы богам за дарованную им пищу, молча, приступили к трапезе. Заканчивался этот день, полный событиями. Сначала Зевс улетел в Та-Кемет, а сейчас проводили Айрика и Эфхиора. Чувство какой-то тоски охватило и Геру, и Илию, которые с завистью поглядывали на счастливые лица Зары и Грифта. Гера посадила Еву на колени и прижалась к ней щекой. Тихий вечер опускался на землю. Зара убрала со стола и вышла во двор. Илия встала и, уже было, собралась уходить домой, но ее остановил громкий крик Зары, зовущей всех во двор. Выбежав во двор, они застали зрелище неописуемой красоты, развернувшееся в небе, прямо над их головами. Грифт тут же направил вверх объектив телекамеры, которую держал в руках еще в доме и с которой он выскочил во двор, и нажал кнопку записи. В данный момент он даже не пытался понять, чем вызвано такое свечение, а старался сделать видеозапись, ничего не упустив. Он стоял, не шелохнувшись, посреди двора до тех пор, пока красочное видение не погасло и вместо него в темнеющем небе не зажглись два пульсирующих объекта. Ему показалось, что он уже видел где-то подобные плазмоиды, но где и при каких обстоятельствах, никак не мог вспомнить. Мысли его прервал зуммер коммуникатора. Грифт ответил Зейвсу и, с удивлением для себя, узнал, что и в Та-Кемет и у горы Парнас, происходит то же самое. От его мыслей оторвали голоса женщин.