Искупавшись, все трое уселись перед огромным зеркалом на мягких пуфиках. Лея начала хлопотать над волосами Зары и матери. Гера, вглядываясь в свое отражение, с удивлением для себя отметила, что на лице ее исчезли морщинки, да и все тело, казалось, принадлежало не сорокалетней женщине, родившей двух дочерей, а совсем молодой, подтянутой женщине, по крайней мере, лет на десять моложе. Она и раньше, с тех пор, как стала принимать лекарство, которое ей дал Зейвс, стала, неожиданно для себя, замечать, что внутренне ощущала в себе некоторые изменения. Ей казалось, что вдруг у нее прибавилось сил и энергии, будто и не было за плечами трудной жизни в племени, связанной с постоянной опасностью. И еще, появились сладостные, давно забытые желания. Сейчас, глядя на свое обнаженное тело, она, оказывается, изменилась и, как-будто, помолодела, так же, и внешне. Все тело стало гладким, стройным, как у девушки. Куда-то исчезли складки на животе, и грудь стала, как-будто, выше и более упругой. Все это вызывало у Геры недоумение с одной стороны, и приятные ощущения, с другой стороны.
— Чтобы не говорил Зевс, а он и все его небесное племя, не простые люди, как он ни пытается в этом меня убедить. Разве способен человек, сделать другого человека моложе? Нет — это волшебство, доступное только богам и духам! — размышляла Гера, продолжая сидеть перед зеркалом и разглядывать собственное отражение в нем.
Между тем, Лея расчесала обеим женщинам волосы и, поколдовав над ними, уложила в красивые прически, такие, какие были приняты у женщин на Гее. Закончив с прическами, Лея облачилась сама и облачила мать и Зару в мягкие махровые халаты и потащила их переодеваться.
Лея, с благодарностью вспомнила об Изе, которая купила для нее это невероятное количество самой разной одежды и, предоставив женщинам самим выбирать себе платья из всего этого многообразия, она помчалась к детям, чтобы и их подготовить к вечернему приему. Если с мальчишками все оказалось довольно просто (им Лея подобрала одежду из гардероба Ра), то с платьем для сестренки все выглядело сложнее. Лея, постояв в нерешительности, вошла в комнату Диты и, открывая поочередно шкафы и комоды, наконец, нашла, что искала — детские вещи Диты. Среди них ей приглянулось нарядное розовое платьице, которое должно было быть Еве как раз впору. Лея взяла его, аккуратно сложила на место все остальные вещи и, выйдя из комнаты, позвала к себе Еву. Девочке было, хоть и несколько непривычно ощущать себя в таком наряде, но все-таки очень приятно. Закончив с детьми, Лея вернулась к женщинам, которые долго перебирая ее наряды, так ничего и не выбрали.
— Ну, что же Вы? Скоро приедут гости, а Вы не одеты!
— Может не нужно. Доченька, мне как-то привычнее в своем платье. Да и Заре тоже.
— Конечно, выдумала! Ну, уж нет! Ты у меня, мамочка, сегодня должна быть самой красивой.
И Лея принялась, несмотря на протесты женщин, примерять на них свои вещи.
В прихожей раздался звонок. Лея выглянула из комнаты, намериваясь сбежать вниз по лестнице, чтобы открыть дверь, но Эва опередила ее.
— Это, наверное, Гес с Зейвсом. Я открою, Леечка! — сказала она.
Эва открыла дверь. На пороге действительно стоял Гес. Он обнял жену и прошел в гостиную, следом за ним вошли Зейвс, пропустивший вперед себя Леду и Орека, и еще двое незнакомых Лее мужчин. Лея захлопнула дверь и, многозначительно осмотрев женщин, торжественно произнесла:
— Все, пошли!
Гости расселись в гостиной в креслах и на диванах и уже готовы были завязать беседу, как вдруг открылась дверь спальни на втором этаже, и по лестнице вниз стали спускаться три женщины. Лея, стоя посредине, держала мать и Зару под руки и чуть не силком тащила их вниз. Гера была одета в длинное вечернее платье нежно-голубого цвета, прекрасно подчеркивающее ее фигуру, а Зара выбрала платье лилового цвета. Орек, о чем-то беседовавший с одним из мужчин, запнулся на полуслове. Он, растерянно переводя взгляд с Геры на Зейвса, и снова на Геру, невнятно спросил, обращаясь к Зейвсу:
— Это, это же …Айда? Но как? Зейвс, это же невозможно!
Зейвс улыбнулся и, взяв обеих женщин за руки, подвел их к Ореку.
— Знакомься! Это Гера — мать Леи, великая Веда народа Шуми, царица Шумера, а это Зара — жена Грифта и ближайшая подруга Геры.
Пораженный Орек, принялся пересыпать комплиментами в адрес обеих женщин, но они только переглядывались между собой, явно не понимая ни слова из сказанного им. На помощь пришел Зейвс.
— Видишь ли, Орек, наши гостьи не понимают нашего языка, поэтому Леда, если тебя не затруднит, побудь сегодня переводчиком для председателя Парнаса.