Фер пошёл тренироваться, а я рассматривал свой посох. После каждого применения магии у него начинал светиться кусок узора, для каждого заклинания разный. И, чем сильнее было применённое заклинание, чем больше силы в него надо было вкладывать, тем ярче и дольше светился узор. Узор напоминал рисунки в очень древней книге заклинаний, сохранившейся ещё со времён Прежних. Многие маги спорили о значении этих рисунков и безуспешно пытались их расшифровать, считая, что в них записаны заклинания. Похоже, у меня будет возможность их прочитать, если смогу вернуться в Замок.
Фер настолько рьяно бросился изучать новое заклинание, что я побоялся, что он истощит себя. Но парень сам остановился, когда щит стал получаться каждый раз, когда он его вызывал. Понадобилось всего‑то десятка три повторений. Как и раньше, я улегся на ночь первым, завернувшись в одеяло с плащом. Молодые люди сидели у костра, и тихо, боясь меня разбудить, разговаривали. Ночью всё притихает и слышно становится лучше, и я не желая подслушивать, невольно слышал их разговор.
— И чего он в той деревне не остановился? — ворчала Лера. — Спали бы сейчас, как люди, в доме.
— Это в деревне при тракте‑то? — возразил Фер. Его уже низкий, совсем не детский голос, был слышен лучше, но разобрать слова получалось сложнее. — Там без денег и в сарай не пустят.
— У меня же есть ещё немного.
— Даже не предлагай. Обидится.
— На что?
— На то! Он же маг, он гордый, он не может позволить, чтобы за него ты платила, — Фер угадал верно. Мне не нравилось быть обязанным девушке. Ведь всё — и вещи, и продукты — дала баба Валя. А ведь за своё лечение и проживание за всю зиму она ничего не спросила. Вот и Лера невольно напоминала о долге.
— Понятно, — Лера вздохнула. — Но всё равно, в сарае лучше. Там ветра нет.
— Там теплее, земля ещё холодная. — согласился Фер.
— Спать идите, полуночники! — я приподнялся на локте. — Сами не спите, так другим дайте!
Молодых людей как ветром сдуло от костра. Только что сидели рядом, чуть ли не обнимались, а теперь каждый завернулся в своё одеяло и делает вид, что совсем не он жаловался на вредного мага, не пожелавшего воспользоваться благами цивилизации в виде сарая. Я усмехнулся про себя и произнёс небольшое заклинание из огненной ветви, прогревая землю под одеялами.
— Холодно, им спать, понимаешь, — проворчал я, укладываясь обратно. — А как сидеть на ветру, так не холодно…
На следующий день мы свернули с тракта на просёлочную дорогу, как нам посоветовали обозники ещё на границе. Дальше тракт шёл через крупные посёлки и города, где собирали пошлину как за вход за ворота, так и за пользование дорогой. Мы прошли по дороге несколько часов, после небольшой деревни, которую также миновали не останавливаясь, дорога стала совсем плохой. Видимо, свернули не на том отвороте. На кратком привале решили не возвращаться, а идти до конца. Тем более, что дорога шла в нужном направлении.
Я шел впереди и развлекался тем, что кидал в Фера то прошлогодние шишки, в изобилии валяющиеся вокруг, то снежки или маленькие шаровые молнии, наколдованные на скорую руку. Пару раз запустил в него шариком воды, зачёрпнутой в придорожной канаве. Не опасно, но обидно. Фер сначала ругался и пытался уворачиваться, но после нескольких пропущенных им «снарядов» Лера что‑то шепнула ему на ухо, после чего парень начал ставить магический щит. С каждым разом у него получалось всё лучше — щит появлялся быстрее и отражал почти всё. Порадовавшись успехами ученика, я решил вечером дать ему на изучение сторожуху — тот же щит, только он не отражает направленное воздействие, а предупреждает создателя о нарушении своих границ.
Дорога нырнула под гору и превратилась в малопроходимую глиняную кашу. Немного в стороне стояла деревенька. Кратко посовещавшись, мы свернули в её сторону, и пошли прямо через поле, пересечённое множеством весенних ручьёв, стёкших вниз и размывших дорогу. Выбирая путь посуше или хотя бы почище, мы не заметили, как вышли на окраинные огороды, где нас уже поджидали хмурые мужики, вооружённые кто вилами, кто кольями, явно из соседней ограды. У одного в руках была даже толстая оглобля. За мужиками чуть поодаль напряжённо стояли бабы, прижимая к себе детей.
— Здрасьте, — только и смог выдохнуть я. Фер и Лера благоразумно промолчали.
Откуда‑то из‑за спин мужиков вылетел камень и упал в грязь, обдав нас мелкими брызгами, послужив сигналом к атаке. Мужики подняли вилы и дружной толпой ринулись на нас. Пацаны за их спинами принялись кидать камни и грязь, поддерживая своих. Фер уже автоматически поднял магический щит, отражая камни (тренировал, как чуял, что скоро понадобится), я, не раздумывая, также создал щит, но не стал им закрываться, а откинул им нападающих мужиков шагов на пять назад. Им хватило одного раза. Не сговариваясь, они побросали своё оружие и встали на колени, уткнувшись лицами в землю.