Мужчина помог спуститься Асанару с Десеаной, затем повел коня в стойло. Только сейчас дети рассмотрели заставу. Она представляла собой расположенные поперек дороги две стены с воротами, а по центру возвышалась дозорная башня. В стороне, куда повел скакуна Икрам, растянулся горный, крутой массив, который отлично прикрывал подступы с той стороны. А по другую сторону протекала река, на которой виднелись несколько лодок, паромов и маленький домик, служивший для хранения припасов. Шесть пар грядок с разными овощами рядом с конюшней были местным огородом. У реки была аккуратно отведенная и ограниченная бревнами зона со стойками для оружия и небольшими чучелками. Это было тренировочное поле. Застава выглядела бы достойно, если бы не куски разбросанной капусты, кровавые отпечатки размазанных помидоров на стенах, раскиданная солома и пустые бутыли, которых у башни было в достатке.
– Да, весело им тут было, – буркнул подходящий Икрам, смачно похрустывая яблоком. – Ну, как проспятся, будут уже не дозорными, а хозяюшками. Вылижут тут все начисто… Стало быть, пройдемте.
Он открыл дверь и пропустил детей. Идущий впереди Асанар сразу зажал рукой нос.
– Десеана, лучше не дыши, тут ужасно воняет. – пробубнил брат.
Десеана последовала примеру, но всё же уловила дичайший запах перегара и стократ усилившийся храп. Перед ними предстала небольшая комнатка со сдвинутыми в центре столами и множеством блюд, но, к сожалению, практически съеденных. На лавках расположилось шестеро мужчин, которые и являлись источником разрываемых барабанных перепонок. Трапезница была освещена только одиноким светильником, стоявшим в самом дальнем углу.
– Так, топайте наверх, там спальня. Подождите меня, я пока вам возьму еды. Этих кретинов не добудиться сейчас. Да они так или иначе службу несут. От одного запаха сдохнуть можно… – проворчал Икрам и принялся собирать то, что осталось на столе.
Десеана с братом поднялись по лестнице, на которую указал Икрам. Они быстро отворили дверь и залетели в комнату. В ней помещалось семь добротных, заправленных кроватей, у изголовья которых были маленькие столики с табуретами. Всё убранство спальни было оформлено аккуратно, но строго и сердито – ничего лишнего. К тому же тут было значительно тише. Асанар плюхнулся на ближайшую кровать.
– О-о-о… – с неописуемым восторгом протянул он. – Наконец-то можно прилечь. А то я очень устал…
– Я тоже, братец, – Десеана аккуратно присела на рядом на край. – Но не засыпай. Нам надо рассказать, что произошло.
– И поесть.
– Да. И это тоже…
Сразу после этих слов открылась дверь и зашел Икрам, держа в руках щит, на котором было две тарелки с несколькими кусочками запеченной картошки с зеленью, двумя маленькими ломтиками мяса, приправленным луком, и парой-тройкой листов капусты, а в центре стояли две здоровые кружки.
– На те, вот. Собрал, что имело хоть какой-то здоровый вид, – он протянул детям щит, который на данный момент являлся подносом. Те жадно схватили его содержимое и начали смачно уплетать. – Васэ постарался с картошкой, а вот выпить чего-то вкусного я ничего для вас не нашёл. Поэтому набрал чистой воды. Вы кушайте, не торопитесь, нам ещё надо все обговорить.
Икрам поставил щит у кровати, взял стул и присел рядом. Он сидел молча, внимательно смотря на брата и сестру, пока те уничтожали наполнение тарелок. Как только последний кусок картошки скрылся во рту Асанара, мужчина взял посуду и поставил на столик.
– Ну, теперь мы можем спокойно поболтать, – произнес он и наклонился ближе, уперев локти рук в ноги. – Значит, вы знаете мое имя, теперь мне хотелось бы узнать ваши.
– Я Асанар, а это моя сестра Десеана. – ляпнул Асанар и быстро отхлебнул из кружки.
– Что ж, приятно быть знакомыми теперь. Ты, Асанар, защитил свою сестренку?
– Нет… – мальчик виновато глянул на Икрама и поставил кружку между ног, как бы стараясь скрыть еще невысохшее пятно. – Она старше и умнее меня, она меня защитила.
– Эка невидаль, – удивленно поднял брови Икрам. – Стало быть, мое уважение к баб…, кхм, то есть, женщинам выросло. Просто ты выглядишь старше, поэтому я и спросил.
– Не-ет, – махнул рукой Асанар. – Мне одиннадцать зим, а ей пятнадцать.
– Чего? Как это возможно? Вы даже одинакового роста, а вот по лицу я, как уже сказал, совсем наоборот. Ну ровесники, но не более того.
– Икрам, мы сильно устали, замёрзли и очень напуганы, – вдруг заговорила Десеана. – Позволь я расскажу тебе, что произошло, но только, молю, слушай внимательно.
– Хм, – мужчина почесал бороду. – Стало быть, говори.