Десеана пересказала всё, что потом произошло на площади. По мере её рассказа, Асанар и Икрам внимательно смотрели на неё, и чем дальше она говорила, тем более удивленными становились их лица. И, дойдя до момента встречи с Икрамом, она остановилась. Снова повисло молчание.
–Кхм, кхм… – откашлялся дозорный. – Н-да, вот дела творятся. Стало быть, ты необычная девочка, Десеана, раз понимаешь их язык. А кто ваша мать?
– Эвенида! – хором ответили дети.
– Эвенида? – Икрам вскочил. – Цеария Лердена? Не может быть… Так… Что же делать… Она мертва?
– Нет, матерь едет из столицы в деревню, – сказала Десеана. – Она собиралась увезти нас в Нирхавен.
– И когда она должна приехать?
– Вечером грядущего дня.
– Ох ты… А мы тут праздновать решили… И прямо у нас под носом какая-то тварь всю деревню испепелила… Цеария нас точно на эшафот кинет, зуб даю.
Икрам быстро расхаживал от угла к углу, сложив руки за спиной, и что-то бормотал себе под нос. Потом вдруг остановился.
– Так, давайте-ка прожуем этот хлеб, – он подошёл к табурету и снова сел. – Значит, Десеана, ты говоришь, что эта монстрина, ну то есть демон, сжёг деревню, встретился с таким же собратом, они почесали на ихнем, потом то первое чудище наколдовало невесть что, да так, что пожарище пропало, и всё там искажено, вы это переждали и направились сюда? Так?
Девочка кивнула.
– И теперь для нашего, да и не только нашего королевства, а для всего мира, они собираются уготовить участь деревни?
Десеана снова кивнула.
– И еще. В лесу за нами гналась какая-то очень быстрая тварь и вы без понятия, что это было?
Утвердительный кивок.
– Звучит, конечно, как сказка или детская небылица, – Икрам поднялся, снова подошёл к окну и скрестил руки на груди. – Я бы больше подумал, что это набег эгреонцев с их магами, которые там свои выкрутасы устроили, но у нас с ними мир уже как десять лет. И не было причин таковых, чтобы внезапно нападать, насколько мне известно. Да и добраться до деревни, кроме как через нас или по реке, никак не можно. Надо разобраться во всём этом… Верю я вам. Как бы ни было, но теперь охранять нечего. Только вас. Ладно, ещё успеем наговориться. Ложитесь отдыхать.
Он расстелил две кровати, взял щит с мешком и вышел. Дети быстро юркнули на предоставленные места и моментально уснули.
4
Асанара разбудили яркие лучи утреннего летнего солнца, которые упорно пробивались через окно. В комнате было прохладно. Он глянул на кровать, где спала Десеана. Она стояла пустой.
– Десеана! – крикнул мальчик, быстро надевая рубаху и не затягивая её ремешком. Потом нацепил башмаки и побежал вниз по лестнице. – Десеана! Десеана!
– Да не вопи ты так, мальчонка! – осадил сидевший у двери лысый мужчина, ковыряющий в зубах ножом. – Вон твоя сестричка.
Он указал на центр стола, который был идеально чист и приправлен скатертью. На нем стояла корзинка с крупными кусками хлеба. Напротив неё сидела Десеана, смотревшую на Асанара и державшую в руке миску с молоком.
– Иди садись, малец, – буркнул лысый. – Ну ты и спать, конечно! Вам командир молоко с хлебом из кладовой достал, поэтому ешьте.
Асанар спустился с последних ступенек и виновато прошёл к столу, сев напротив сестры.
– Н-да, значит, – протянул лысый, расположившись напротив. – Хоть бы с нами поделился холодненьким то… Эх, ну и злой он, конечно. Меня Васэ звать, я его заменяющий, так сказать. Правая рука. Он всё рассказал про вас и вчерашнее.
Васэ немного покрутил нож в руке.
– Сказал вас накормить и вывести потом на улицу. Вы нас не бойтесь, мы теперь ваши телохранители личные, так сказать.
Он подмигнул Десеане золотым зубом. Та укоризненно посмотрела на него, и отставила миску в сторону.
– Я поела. А ты, Асанар?
– Пошти. – пробубнил мальчик, запихивая очередной кусок в и без того забитый рот.
Васэ хохотнул, встал и отворил дверь.
– Ну все, пора молодые судари.
Дети вышли на улицу. Теперь заставу можно было назвать таковой. Не было ни единого следа от бутылей, овощей и прочего мусора. Всё выглядело опрятно, чисто и аккуратно. Икрам сдержал своё слово. Вдруг мимо них прошёл верзила, который нёс огромный мешок с чем-то влажным.
– Эй, Зукрич! Ты куда помидоры потащил? А как же следующее празднество? – окликнул его Васэ.
– К телеге, – ответил здоровяк. – Командир сказал собирать продукты на дорогу.
– Чего? – переспросил лысый. – Как это?
– Ты кончи сначала ковыряться ножом в зубах, а то дыру уже в башке себе сделал, – огрызнулся бугай. – Слушать надо было с утра. Командир сказал, что мы покидаем заставу.