Неведомо, сколько она еще вздыхала бы тайком и плакала по ночам, но события минувшего дня подарили ей надежду. Никогда отец не отдал бы ее за бедного конюха. Теперь же, когда Велияр стал дружинником и сам князь подарил ему коня, меч и кольчугу, никому не зазорно будет породниться с ним. Много ночей подряд Ждана самозабвенно молила богов, чтоб они помогли ей обрести счастье с Велияром, и теперь она решила, что боги услышали ее.
Через несколько дней в Северомирске праздновали Рода и Рожениц. В этот день славят богинь Лелю и Ладу, веселые хороводы водят на Красной горе, жгут костры да гуляют в лугах. А близкие люди дарят друг другу подарки: обереги, кожаные пояса и украшения. Для парней и девок особой удачей считалось обручиться в день Рожениц, такие пары обязательно будут счастливы в браке. А чтоб проще было уговориться, с давних пор придумали обычай: преподнести неженатому или незамужней в этот день подарок было все равно, что объясниться в любви, а принять подарок – значило ответить взаимностью.
Ждана давно думала об этом обычае, а нынче, придя домой, решилась. В своей горнице она перебрала все сундуки и в одном из них нашла теплые мужские рукавицы из овечьей шерсти, которые собиралась подарить отцу. Вынув рукавицы, девушка разложила их на столе и задумалась. Связать еще одни она не успеет: перед праздником нужно помочь матушке убрать дом да приготовить требы богам. Пусть же рукавицы согреют руки любимого, а отцу она сплетет красивый оберег.
В день праздника солнце будто забыло, что повернуло к осени, и щедро дарило тепло. Угасающая красота природы пленяла. Но Ждана не радовалась этому великолепию, она весь день просидела в горнице, находя несуществующие дела и придумывая отговорки для родителей. Никому до времени она не хотела открывать свое сердце, а матушке достаточно было одного внимательного взгляда, чтобы понять: с дочерью творится неладное.
Вечером юноши и девушки собрались в луга, к Красной горе. Вместе со всеми отправилась и Ждана. Она намеренно не пошла к Мирославе, как делала обычно. Ей не хотелось ни говорить, ни объяснять ничего юной княжне, к тому же она предполагала, что Мирославу не отпустят на гулянье, и она станет упрашивать остаться подле нее до позднего вечера.
У подножия Красной горы рядом с поваленной ветром сухой ветлой запалили высокий костер, осветив желто-оранжевым светом всю округу. Ждана вглядывалась в лица, выискивая Велияра, но его еще не было, и она присела на ствол дерева лицом к дороге. Парни и девушки расположились вокруг костра, запели песни. Под горой зажгли еще один костер и завели хоровод. Тьма все ближе подступала к огню, а Ждана все сидела, всматриваясь в ночь. Влюбленные парочки уж побрели в луга, только Велияра все не было.
Наконец на дороге послышались голоса, и из темноты выступили три мужские фигуры. Велияр шел вместе с молодыми князьями, весело о чем-то с ними беседуя. Ярослава с Драгомиром тут же подхватили, увлекая в хоровод, а Велияр присел у костра и, поздоровавшись, оглядел поляну.
Он показался Ждане каким-то новым, будто за несколько дней стал старше и еще привлекательнее. Черты его лица не успели загрубеть и сохраняли юношескую мягкость. Ждана жадно ловила отблески костра на его лице, волосах, рассматривала сильные мозолистые руки. И млела. Если б сейчас Велияр встал перед ней и спросил: «Пойдешь?» - она, не раздумывая, пошла бы за ним хоть в Навь, хоть в Правь.
Поймав на себе ее взгляд, он улыбнулся, приветливо кивнув головой. Ждана улыбнулась в ответ и, пряча под шалью шерстяные рукавицы подошла к Велияру и села рядом с ним.
- Здравствуй, Вель. Что так поздно пришел? – тихим срывающимся голосом вымолвила она.
- И тебе здоровья, Ждана, - приветливо отвечал юноша. – Нынче с князьями да с Мирославой в степь ездил. Вот и припозднился немного.
Ждану чуть царапнуло по сердцу то, как запросто он говорит о княжне, будто об обычной девушке. Но она отогнала от себя это неприятное чувство и, не давая себе возможности передумать, произнесла:
- До чего же темно нынче! А все в луга пошли, может, и мы сходим?
Она не поняла выражения его лица, но ей показалось сначала, что между бровей пролегла морщинка, потом Велияр улыбнулся.
- Ну что ж пойдем, - ответил он ей.
Они вместе встали и пошли, удаляясь все дальше и дальше от костра. Когда голоса стали едва различимы, Ждана остановилась и повернулась лицом к Велияру. Стараясь унять дрожь в руках, она протянула ему теплые шерстяные рукавицы.
- Возьми, Велияр, - сказала, склонив голову, - для тебя связала.