Время от времени Колояр оборачивался, и хитрая высокомерная улыбка появлялась на его губах. «Ой, не гляди высоко – запорошишь око!» - подумала Мирослава. Она не могла не замечать, насколько привлекателен младший сын Любомудра - такой смутит ни одно девичье сердце, но слишком тонким чертам его холеного, чисто выбритого лица не хватало простоты. Красота его была слишком броской, слишком заметной и напоказ. И всей своей девичьей сущностью Мирослава чувствовала неприязнь к этому смазливому самоуверенному красавцу. То ли дело – братья или Велияр! Даже отец, одну сторону лица которого пересекал глубокий шрам. Их грубоватая красота покоряла своей силой и неподдельной мужественностью.
Так размышляя, Мирослава не заметила, как один из ловчих, ехавший справа от дороги, неожиданно остановился и, свесившись с седла, стал разглядывать следы у высокой старой березы. Другие охотники поспешили к нему.
- Что там, ловчий? Куница? – заинтересовался Драгомир, выглядывая из-за спин.
Мирослава остановилась и на свежем сыром снегу стала рассмотривать куньи следы.
- Гляди-ка, Ярослав, сколько набегала! Крупный самец! – радостно, как мальчишка, воскликнул Драгомир.
Охотники остановились, стали разглядывать следы. Колояр задрал голову вверх и указал на небольшое дупло в стволе дерева.
- Воон она там сидит. Голыми руками можно взять.
- Здесь верхами ей не уйти – деревья далеко, - загорелся Драгомир. – Может, на дерево залезть? Только высоковато.
- Да срубить ее нужно, - отвечал Колояр, постучав рукой по стволу. – Береза старая, раза три топором ударить – и готово.
Мирослава, до того не встревавшая в разговор и стоявшая за спинами братьев, будто о чем-то задумавшись, вдруг встрепенулась.
- Не надо рубить! – подскочила она к братьям. – Там гнездо, пчелы там!
- С чего это ты решил? – удивился Колояр, пренебрежительно скривившись. – А если, и правда, гнездо – так еще лучше. Меду дикого в Северомирск привезем, чаю я, в этакой дупленнице пуда два будет, не меньше!
- Ради меда гнездо разорить? Пчел на мороз выгнать? - вспылила Мирослава, вставая спиной к дереву, будто защищая его.
Взглянув на нее, Ярослав с Драгомиром опустили глаза. Каждый из них знал: Мирослава пчел в обиду не даст, тут спорить нет смысла, но Колояр, увидев, что старшие братья не перечат младшему, возмутился:
- Так если не срубить дерево, их куница погубит!
Мирослава вскинула упрямый взгляд навстречу его темно-карим глазам.
- Не погубит всех, выживут. Весной проснутся, в силу войдут.
Колояр растерялся. Младший Всеволодович говорил так, будто был провидцем и знал все, скрытое от других. Ему показалось обидным, что этот юнец, который и усов-то еще не носит, смеет перечить и ему, и своим старшим братьям. На глазах у всех признать свою неправоту и отступиться Колояр не хотел - сейчас особенно важным казалось настоять на своем. Он сделал шаг вперед, собираясь отодвинуть Мирославу от дерева, и неожиданно оказался очень близко.
Перед ним стоял нескладный тщедушный мальчишка с лицом, слишком красивым и правильным для юноши. Бархатная кожа щек алела на морозе, пушистые черные ресницы обрамляли горящие гневом глаза, приоткрытые губы приковывали взгляд. На это лицо невозможно было смотреть равнодушно.
Колояр вздрогнул, по спине прошла дрожь, будто кто провел рукой по оголенным нервам. Неожиданные ощущения поразили его. Они показались ему настолько кромольными, что он разозлился на себя и грубо оттолкнул плечом Мирославу от дерева.
- А ты, малец,- боясь взглянуть ей в лицо, прохрипел он, - во взрослые разговоры не мешайся! – и тут же, обернувшись, приказал. - Эй, ловчий, давай топор!
Но он не успел и одного раза ударить по березе. Ярослав перехватил его руку и сжал ее так, что Колояр скривился и топор упал в снег.
- Не горячись, Колояр! На нашей земле пчел берегут и понапрасну не губят, - спокойно, как всегда, сказал старший из братьев.
- Почему ты потакаешь мальчишке, Ярослав? – вырывая руку, воскликнул Колояр, которому унизительным показалось, что северомирцы его поучают.
- Этот мальчишка – мой брат, - рокочущим голосом, полным угрозы, ответил сын Всеволода. - Не забывай об этом.
Стальной блеск его глаз и несокрушимая уверенность в своей силе и правоте охладили Колояра. Он и сам понимал, что повел себя глупо, вступая в спор с мальчишкой.
- У нашего отца в Северомирске меду вдоволь, - похлопав его по плечу, продолжал Ярослав. – Оставим и пчел, и куницу Святогору, а сами лучше поспешим домой, там ждут давно.
Не дожидаясь ответа, Ярослав вскочил на коня и вместе с Драгомиром двинулся к дороге.