Наконец появилась Ждана, а за ней - Ярослав. Не сговариваясь, все четверо направились в сторону княжеских палат.
Каждый молчал, думая о своем и не спеша поделиться с другими сокровенным. Зябко поежившись, Ждана поправила платок, сползающий с плеч.
- Чего ты? Замерзла? – удивилась Мирослава.
Девушка непонимающе моргнула, потом ответила.
- Страшно…
Пожав плечами, Мирослава пошла дальше. Что значит страх, она забыла с тех пор, как обрела силу. Мир перед ней лежал открытой книгой. Что же в нем может быть страшного, если, стоит только захотеть, и ты услышишь и птицу в небе, и зверя в лесу, и рыбу в воде. Люди боятся неведомого, а для юной княжны повсюду был свет и жизнь.
Глубина и горечь сказки бабки Шептуньи, что так тронула Ждану, была Мирославе пока недоступна. Да и в саму сказку она не поверила. Князь Любомудр, если и был проклят, по виду, здравствовал, а уж Колояр и вовсе никак не выглядел несчастным, вон каждую встречную-поперечную красавицей величал…
Когда Мирослава вспомнила о Ждане и огляделась, вдруг поняла, что подруга отстала.
- Что же ты? - крикнула она, - догоняй, Ждана, идем с нами!
Но та покачала головой:
- Поздно уже. Батюшка дома заругает.
- Да как же ты в такую темную ночь! Одна! – возмутилась Мирослава.
Вель, тоже остановившийся, вызвался было проводить Ждану, но Мирославе не хотелось отпускать подругу с ним. Хоть она и не знала причины их взаимной неприязни и никогда не пыталась ее выяснить, но от глаз ее не укрылось, что Ждана то ли недолюбливает Веля, то ли излишне смущается при нем, а он, в свою очередь, как может, сторонится девушки. Потому, недолго думая, она умоляюще обратилась к Ярославу:
- Брат, негоже Ждане одной ночью ходить. И с Велияром нельзя – что народ о ней скажет.
Ярославу совсем не хотелось идти на другой конец города. Он несколько дней провел в седле, только вечером приехал в Северомирск и собирался наконец отдохнуть, но оставить посреди ночи дочку воеводы одну тоже не мог, потому, подавив вздох разочарования, ответил:
- Отчего ж не проводить. Пойдем, Ждана.
Отец Жданы, воевода Стоян, жил в другой части города, вдали и от базарной площади, и от княжеских палат. К крепкому деревянному дому, стоящему особняком и построенному еще прадедом нынешнего хозяина, примыкал двор, ненамного меньше княжеского, и яблоневый сад.
Сад этот был предметом зависти всей округи. Нигде в Северомирске не было больше таких сладких красных яблок, как у Стояна. Ярослав помнил, что в детстве вместе с другими мальчишками лазал в этот сад за яблоками и ел потом будто медом налитые плоды.
Тогда всякое болтали про этот дом, особенно про хозяйку, видно, зависть людей брала, что скот у нее всегда сытый да в доме достаток. Князь Всеволод не побоялся молвы, взял дочку Стояна в дом нянькой к Заряне, а его самого воеводой сделал.
Ярослав скосил глаза на свою худенькую спутницу, которая запыхалась, едва поспевая за ним, и сбавил шаг. Молчать было неловко, но после нескольких попыток заговорить Ждана вовсе стушевалась, и Ярослав отстал.
Он ругал себя за то, что не отправил девку с провожатыми, а сам потащился в этакую даль. Когда наконец вдали показался высокий терем с широкими воротами и узорчатым крыльцом, он выдохнул с облегчением. Проводив Ждану до ворот, хотел уже развернуться, чтобы попрощаться, как вдруг с крыльца послышался суровый голос Стояна:
- Уж давно ночь на дворе, мать места не находит!
Ждана хотела было ответить, но Стоян спустился ниже и заметил, что она не одна.
- Да ты с провожатым? – удивился он. - Ярослав?
- Не гневайся, Стоян, - отвечал князь, превозмогая ощущение неловкости, которое охватило его, - дочь твоя с Мирославой на вечерках у Шептуньи была да вот сказками заслушалась.
- У Шептуньи? – Стоян возвысил голос и грозно посмотрел на девушку. - Не говорил ли я тебе, Ждана, что нече у этой полоумной старухи делать?
Но тут, словно спохватившись, смягчил тон.
- Ну да уж ладно, после поговорим, а пока в горницу иди да поживей. Скажи матери: гость у нас.
И уже Ярославу:
- Не побрезгуй, Ярослав, от нашего стола отведать.
- Благодарю, за приглашение, да время позднее, - покачал головой молодой князь, - в другой раз может…
Только Стоян не собирался его отпускать. Закрыв своим грузным телом проход, он ненавязчиво подтолкнул Ярослава к крыльцу:
- Отказом не обижай, князь! Посидим, потолкуем маленько.
Ярославу не хотелось входить, но и отказать было неудобно. Смирившись, что просто так не уйти, он пошел следом за Стояном в распахнутую дверь. Его проводили в тускло освещенную небольшую гридницу. Старуха-служанка принесла еще свечи, расстелила на столе скатерть.