Мальчик прекрасно понимал, что близнецы не могли позволить нурбу спокойно прожить еще хоть один день – это претило их ненависти, но и ослушаться приказа они не осмелились бы. Их возмущение переросло в спор о том, что же все таки делать с пленным нурбом.
Лилий сильно заскучал, наблюдая за нелепой перебранкой, и, ожидая, пока Боль и Паника решат, как ему умереть, смачно зевнул. У него даже глаза заслезились. Близнецы тут же замолчали, и все трое удивились такому поведению. Наверное, Лилий даже больше остальных был шокирован своим безразличием к собственной судьбе.
-
Это что сейчас такое было? – спросил ошарашенный Паника.
-
Ооофигеть! – произнесла Боль, растягивая букву "о" как можно дольше.
Они смотрели на Лилия с нескрываемым восхищением.
-
Он, понимаешь ли, в шаге от смерти – и зевает, – пробормотал Паника.
-
Ты кто такой? – спросила Боль у Лилия. – Куда делся трусливый нурб?
-
Похоже, у него совсем крыша поехала, – ответил ей брат.
-
Похоже на то, – согласилась сестра.
Лилий же продолжал сидеть, зажав рот руками, и пытался осознать, что сейчас произошло. Он не мог поверить, что все это из-за того, что ему плевать на свою участь. Как-то он слышал, что люди часто зевают, когда сильно волнуются. Скорее всего, это был как раз его случай. Он так разволновался, что организм больше не мог сдерживать переживания и сделал свой ход. Согласившись с этой мыслью, Лилий снова прислушался к разговору близнецов.
Они уже забыли о странном зевке и нашли способ, как не нарушить приказ и в то же время попытаться убить нурба. Паника сообразил, что это Лилий разжег буржуйку, в которой расплавился медальон его матери, и узнал, что за проклятие тот использовал. Они прикинули и высчитали, что она горит уже больше трех часов, поэтому все, что им оставалось, – это заставить его затушить пламя и бросить в подвал подыхать. Единственное, что их сдерживало , – они не хотели тащить его бьющееся в агонии тело слишком далеко.
-
А в этом доме есть подвал? – спросила Боль.
-
Не, в этом нету, – ответил Паника.
-
Придется тащить его в другой. Иди проверь, куда его можно будет запереть.
Паника кивнул и побежал на улицу.
-
И убедись, чтобы никого не было поблизости, – крикнула она вслед брату.
Лилий снова себя удивил. Ему в голову пришла мысль, что это очень даже неплохая идея и отличный ход с их стороны. Похоже, зевок помог лучше, чем он думал, потому что он совсем не переживал, что ему предстоит гореть заживо целых три часа. Хотя нет. Он все же переживал, но как-то по-другому. Он очень не хотел мучиться от боли, но прекрасно понимал, что даже с одной Болью ему не справиться и не сбежать. Мальчик опустил руки и смирился с неизбежной смертью. Это была не храбрость. Он просто сдался.
Паника вернулся очень быстро. Он сказал, что в доме слева есть отличный подвал. Он отчитался, что поблизости никого не осталось, кроме Просто, который снова заперся в своей мастерской и возится с проклятиями.
-
Значит, так, – начала Боль. – Если ты не затушишь пламя, то я буду вырывать тебе ногти, затем ломать пальцы и выковыривать глаза.
Совсем никакой фантазии, подумал Лилий, вставая с пола. Он набрал в чашку воды из ведра, что стояло у двери, подошел к буржуйке и совершенно обычным движением выплеснул содержимое в огонь. Раздалось шипение, поднялся пар, и пламя погасло.
-
А теперь быстро в подвал, пока не подействовало! – закричал Паника.
-
Бегом! – крикнула Боль, давая увесистого пинка под зад Лилию. – Я не хочу тебя тащить.
Лилий побежал вслед за Паникой, подталкиваемый тычками Боли в спину.
Когда Лилий выбирал себе дом для нового жилья, он заходил и в эту хижину, но решил, что жить в ней невозможно. Тут абсолютно прогнили все балки и перекрытия, пол был изъеден термитами, а единственное, что хоть немного сохранило пригодный для жизни вид, был подвал. Но Лилий не хотел жить в подвале, поэтому выбрал другой дом. Кто бы мог подумать, кроме Три Нити, что ему придется умереть в этом самом подвале.
Дверь за его спиной захлопнулась. Лилий слышал, как близнецы таскают гнилые бревна, подпирая дверь, чтобы нурб не сбежал, если вдруг выживет.
Они работали довольно долго и основательно, а обратный эффект все не наступал. Лилий начал думать, что все обойдется и прилег немного вздремнуть на сыром полу, но поспать ему не довелось.