Холодало. Тонкая накидка почти не сохраняла тепло. Нико устроился на ящике и трезвел от собственной глупости. Такалам столько раз учил сдерживать порывы и думать о последствиях.
Юноша тяжело вздохнул, соображая, как решить проблему с рабами. Отдать их ноойцу? Что толку. Он уже затаил обиду. Да и с чего бы просто так возвращать выигрыш. Это подозрительно. Признаться в мухлеже? Тогда придётся терпеть позорное наказание.
Подумав ещё, Нико решительно встал и отправился к клетям на другой стороне палубы. Рабы уже спали. Пришлось пнуть прутья, чтобы разбудить их.
— Эй, — Нико опустился на корточки, морщась от запаха. — У меня дело к вам.
Ему ответили мрачным молчанием.
— Оглохли или не понимаете языка Соаху?
— Господа не любят, когда рабы начинают говорить, — сказал один из мужчин.
— Ваш бывший хозяин затаил злобу на меня. И мне нужны свои люди на корабле. В клетях от вас никакого толку, а пока вы рабы, вас не выпустят по закону о перевозе скота. Завтра я подпишу вам вольную, но не буду проводить пересчёт с капитаном. За дорогу и еду наперёд уплачено, но взамен мне нужна ваша помощь, ясно?
Второй мужчина хрипло рассмеялся.
— Чем мы поможем?
— Вы должны следить за людьми Кирино. Охранять мой сон. Говорить, если кто-то что-то обо мне шепнул. Мне нужны крысы. Мне нужны тени. Если будете служить хорошо, я добавлю вам по монете в порту, чтобы не сошли с трапа голыми и не отправились опять торговать собой. Вы поняли?
Рабы рассмеялись. Они не поверили ни единому слову Нико.
Юноша раздражённо цыкнул и поднялся. Он провёл ещё несколько минут, наблюдая за мглистыми волнами моря. Капитана не было видно. Он стоял за штурвалом в небольшом деревянном сооружении — ляху — названном по имени одноглазого капитана, жившего много веков назад. В обычные дни щит, заменявший переднюю стену, снимали с петель, открывая вид на море. Во время затмений ляху закрывался наглухо и превращался в циклопа с единственным отверстием для подзорной или смотровой трубы. Вниз вёл люк, так что капитан и штурман сменяли друг друга без лишних хлопот.
Окоченев от ледяного ветра, Нико спустился в каюту и прикончил оставленные Чилитом хлеб и сыр, прежде внимательно изучив их на предмет яда. Странного привкуса не было, да и крыса, сгрызшая кусочек ужина, спокойно шуршала где-то в углу. Нико поймал себя на мысли, что страдает паранойей с тех пор, как покинул дворец. Он постарался успокоиться, глядя на чадящий огонёк сальной свечи. Потом откинулся в гамаке полулёжа да так и уснул. Море убаюкало всех на корабле.
Утро выдалось туманным. Нико выпросил у капитана несколько листов бумаги и занялся написанием вольной. Слух о том, что ученик Нищего глупца распускает рабов, прокатился по кораблю волной сплетен и пересудов, просочился во все щели и достиг ушей каждого на «Пьяном Ульо». Кирино подскочил к клетям, когда Чилит выпускал рабов. Вокруг собралась толпа любопытных. Под прицелами чужих взглядов невольники совсем поникли и не выказали ни капли радости.
— Ты же говорил, что твой учитель поступал глупо, — жёстко сказал Кирино. — Так почему отпустил их?
Нико заранее приготовил ответ на этот вопрос.
— Я побоялся, что его мёртвый дух разгневается на меня и отберёт удачу. Эти рабы — мой первый выигрыш. Надо отпустить их в память об учителе.
Кирино согнулся пополам от смеха. Торговцы захохотали вместе с ним. Нико спокойно наблюдал за сборищем, ухмыляясь про себя. Теперь у него появились фишки для ходов.
Бывшие рабы поначалу боялись отходить от клетей. Потом чуть осмелели. Девочки даже взялись бегать в догонялки вокруг бочек. Мужчины не сводили глаз с Кирино. Женщины — с Нико. У них был странный взгляд. Пустой и отстранённый.
В этот раз, утомлённый бессонницей и тревогами, Нико спустился в каюту раньше других. Ужин только-только закончился. Солнце ещё не село. Наверху царили шум и гам. Кричали животные, гоготал над шуточками писклявого певуна простой люд, сражались игроки в кости, го и спички.
Нико завалился на гамак, зевая. Потёр усталые глаза. Тут же в дверь постучали, и внутрь заглянул один из бывших рабов.
— Я буду неподалёку, господин.
— Я тебе не господин.
Дверь закрылась. Нико хмыкнул, довольный сделанным ходом, и погрузился в сон, не придав значения нервозности мужчины.
Посреди ночи раздался тихий скрип, и кто-то осторожно вошёл в каюту. Нико по привычке дремал вполглаза и тотчас уловил звук. Он распахнул глаза в миг, когда один из незнакомцев занёс руку с ножом, а стоявший позади поднёс к лицу едко воняющий платок. Пахло ядом. Нико машинально затаил дыхание. Пнул мужчину с ножом обеими ногами и вскочил. Неудачливый убийца ударился о стену, выронив оружие. Юноша почувствовал движение позади. Он резко сел, пропуская удар над собой. Развернулся и полоснул человека по ногам. Раздался вопль. Нико уловил момент и без раздумий вонзил кинжал в горло раненного. Крик задохнулся в булькающем хрипе. На лицо брызнула кровь. Нико вынул метательный нож и отправил в голову мужчине, только что подобравшему оружие. Полутьма не обманула меткость. Человек умер мгновенно, не успев даже открыть рот.