— Я Каракал, Бог Огня. Кого бы ты ни ударила моим мечом, он будет испепелен.
Она поклонилась и повесила меч на пояс.
Женщина с Древним Знаком на ее щите выступила вперед.
— Я Нтсе-Каамбл, Разбивающая Миры. Я дарю тебе мой щит, на котором знак Древних Богов, символ нашей силы. Он никогда не будет пробит.
Тодзи взял его и поклонился.
— Благодарю.
Дряхлый старик с длинными седыми волосами, в простой одежде синего цвета, приблизился к ним, внимательно осмотрел их обоих, затем вручил Тодзи глиняный кувшин, закупоренный пробкой. В нем что-то хлюпало и кувшин был довольно тяжелым.
— Я Оукранос, и этот кувшин, что я дал тебе, никогда не пустеет, поскольку он связан с моей сущностью, — он слабо улыбнулся, — Я бы посоветовал хранить его подальше от меча Каракала.
Наконец, человек с серебряной рукой, теперь одетый в ярко-синюю тунику и коричневые гетры, подошел к ним.
— Я Нуада, также известный, как Ноденс, и я даю вам подарок для путешествия на Альдебаран и возвращения, — он протянул Аске серебряный свисток, подобно его руке, — Этот свисток вызывает моих ночных призраков, которые перенесут вас на Альдебаран и вернут обратно в Страну Снов на Землю, когда вы будете готовы.
Аска и Тодзи поклонились.
— Спасибо за все, — поблагодарила Аска, — Мы с благодарностью принимаем вашу помощь.
— А что это нам будет стоить? — спросил Тодзи, — Никто не делает ничего просто так.
— Кто платит вам, за то, что вы продолжаете ваши поиски? — резко спросил Ариэль.
Тодзи замер, как олень в свете фар.
— Ваша кровь — наша кровь, — сказал Ноденс, — Ваши враги — наши враги. Возможно, слова Ньярлахотепа истинны, и прибытие Внешних Богов и их слуг, Ангелов, невозможно остановить. Возможно, век человека заканчивается, и зима все уладит. Зимой многие из нас покинут Землю. Но мы не сдадимся. Каждая победа, даже незначительная — все равно победа. Конечно, мы не можем победить, не сражаясь.
— Он приближается, — объявила слепая женщина с повязкой на глазах и весами в руках, — Вы должны идти, прежде чем Ньярлахотеп найдет вас.
— Что за тип этот Ньярлахотеп? — спросил Тодзи, но тут Аска дунула в свисток.
— Ползучий Хаос, Странник, Слепая Обезьяна Истины, Кровавый Язык, и есть еще множество имен, под которыми он известен, — ответила слепая женщина, — он геральд и вестник Внешних Богов, разумный и безумный, злорадный и доброжелательный, единство противоречий. Его существование невозможно, но он есть. Мы еще не готовы к войне с Внешними Богами, и возможно никогда не будем готовы, и если он потребует выдать вас, мы не осмелимся отказаться, хоть это и унизительно для нас. Но если вы уже уйдете, тогда мы можем правдиво ответить, что ничего не можем сделать. Идите, с нашим благословением, и знайте — мы встретимся снова. Я видела это.
Тут двери открылись и влетели два человека, похожих на изваяния, с длинными хвостами, острые концы которых напоминали карточные «пики», и с большими крыльями, как у летучих мышей. Они выглядели безлико и молчали. Обычно, Аска и Тодзи сражались с подобными существами, или бежали от них. Вместо этого, они наблюдали, как те приземляются и кланяются Ноденсу. Затем, существа подняли Аску и Тодзи и вылетели через дверь. Тодзи отчаянно цеплялся за щит и копье, молясь, чтобы не выронить их где-нибудь в космосе.
Как только они ушли, все присутствующие повернулись к слепой женщине.
— Ты предвидишь их благополучное возвращение? — cпросил Ариэль.
— На одной чаше весов — они благополучно вернулись. На другой — они потерпели поражение и весь свет мира начал гаснуть. И эти слабые люди, в которых едва сияет наша кровь, решают судьбу всех нас. Это приводит меня в ужас.
— Кровь внутри него — слаба, но ее кровь поет, — возразил Нат-Хортат, — И возможно, его кровь тоже будет петь, поскольку он только учится, чтобы слышать песню. Я чувствовал, как его кровь становится сильнее, только оттого, что он находился среди нас. Она скоро столкнется с проблемой выбора, и он тоже, я верю в это.
— Но смогут ли они пережить это, или сломаются? — спросила Баст.
— Я не знаю, — сказал Нат-Хортат, — Сила Внешних Богов также сильна внутри нее. Теперь я понимаю пророчество гораздо лучше, я вижу, как одни и те же дети могут быть семенем, из которого может расцвести как спасение, так и проклятие. Но пока, все, что мы можем сделать, следить и ждать.
— Они в небе, направляются на юг, — сказала слепая женщина, — Все теперь в их руках.
Есть гораздо худшие способы путешествовать, чем висеть в сильных объятиях безликого гуманоида, с крыльями летучей мыши и хвостом, оканчивающимся жалом, но Аска и Тодзи не испытывали ничего подобного. Пространство было холодным, и «ветер», ощущаемый ими из-за высокой скорости движения, делал его еще холоднее. Ночные призраки молча преодолевали милю за милей, час за часом, предоставляя возможность Аске и Тодзи общаться только друг с другом.
Они закончили очередную ссору несколько часов, может даже дней, назад, и теперь летели в тишине, в свете звезд, погруженные в свои собственные мысли. Звезды казались Тодзи неправильными. Некоторые из них были на своем месте, но другие двигались так, как он не видел никогда прежде.
«Жаль в полете не показывают кино», — подумал он.
Внезапно зазвучала музыка. Возможно, она играла всегда, но он не обращал на нее внимания до этого времени. Она была плавная, но в то же время ритмичная, как барабанный бой или шум дождя на металлической крыше, как ритм вселенной. Было что-то успокаивающее в его регулярности. Вскоре, присоединились духовые и струнные инструменты.
— Ты слышишь это? — прошептала Аска.
— Да, — ответил он тихо.
— Эта мелодия, — сказала она.
— Что мелодия?
— Не знаю. Синдзи и я играли ее во время поездки в Америку, но мы не могли вспомнить, где слышали ее раньше. Она звучит здесь более сложно… но это та же самая мелодия.
Звук начал угасать и диссонировать, и ночные призраки заложили вираж налево. Постепенно, диссонанс исчез из мелодии, и она вновь зазвучала нормально. Тодзи начал:
— Как ты думаешь…?
— Возможно, это что-то вроде радара наведения для призраков, — сказала Аска неуверенно, — Но это не объясняет, как мы можем слышать эти звуки.
Далеко справа от них, появилась какая-то точка. Она постепенно увеличивалась, по мере того, как они приближались к ней, и наконец превратилась в странное искривленное создание, похожее на ящерицу, скрючившуюся в неудачной попытке достать собственный хвост своими короткими руками. Глаза на гладком лбу казались черными пустотами, отражающие свет звезд. Существо светилось желто-зеленым фосфоресцирующим светом, и было почти тысячу футов длиной, с рудиментарными крыльями и вторым небольшим хвостом, торчащим из середины спины.
Миновав это существо, Аска и Тодзи услышали слабый диссонанс, с провалом ударных и плохо настроенной скрипкой. Аска передернулась, и призраки свернул еще левее, пока диссонанс не прекратился вовсе. Существо продолжало дрейфовать, словно плыло погруженное в поток, пока не пропало из виду.
— Что за…? — наконец сказал Тодзи.
— Парень, люди из проекта SETI влюбились бы в это, — сказала Аска.
Время шло, и все больше искривленных и исковерканных существ дрейфовали мимо. Каждый раз, они слышали изменения в звучании музыки.
— Обалдеть, такое чувство, что я попал в какой-то парк аттракционов — Уроды Матери-Природы, или что-то в этом духе, — через некоторое время произнес Тодзи.
— Они, вероятно, посчитали бы нас за уродов, — сказала Аска.
— Ну, в твоем случае они были бы правы, но…
— Поцелуй меня в задницу, оруженосец, — ответила Аска.
— Поцелуй МЕНЯ в задницу, любительница сарделек, ха!
И все начиналось заново.
Альдебаран наконец показался в поле зрения. Огромная сине-белая звезда оставалась слева от них, в то время, как ночные призраки заложили вираж вправо, направляясь к четвертому из восьми кусков камня, что вращались вокруг нее. Темно-серые облака скрывали большую часть поверхности планеты, но вдоль экватора и на полюсах в просветах облаков виднелись обширные участки коричневой земли, образующей три континента. Самый большой, насколько они могли видеть, напоминал по форме полумесяц, с длинной горной грядой, тянущейся с востока на запад, как спинной хребет. Огромное черное озеро находилось вблизи линии гор, которые огибали его с севера и юга, подобно векам человеческого глаза.