Дворец, в который он привел их, представлял собой причудливый лабиринт из бронзы, зеркал и тусклого золота. Они поднялись наверх по высокой лестнице, и вышли на балкон, с которого открывался вид на Каркосу, озеро Хали и равнины за озером. Каркоса был огромен, не меньше Токио-3, хотя большая часть его лежала вне поля зрения. Широкие улицы, выложенные черным булыжником, образовывали огромный изогнутый знак, непосредственно в центре которого стоял дворец. Множество мелких улочек были практически невидимы среди зданий, теснившихся близко друг к другу. Большинство из них были невысокими, четыре этажа или меньше, но каменные башни и выгнутые купола больших храмов возвышались над ними и тянули вверх медные щупальца.
Озеро казалось темным и спокойным, если не считать небольшой ряби. Огромный кальмар, способный, наверное, проглотить корабль, всплыл на секунду и снова исчез из вида. Отвратительные миазмы поднимались от озера и распространялись по городу, неся запах желчи и гнили. Тодзи почувствовал тошноту.
На том берегу озера шло сражение. Одна армия состояла из людей. Несколько тысяч человек в кольчугах и доспехах, на лошадях или пешком, двигались под тремя знаменами с изображениями полумесяца, прыгающего лося, и серебряной короны на черном фоне.
Другая армия превосходила первую по численности, примерно, три к одному. Легион Херувимов сражались без знамен. Солнце садилось, и все больше Херувимов прибывало, появляясь из надвигающейся тени. Земля была усеяна мертвыми Херувимами, но и множество людей пали также.
– Как вы видите, ваши друзья не в силах победить, – произнес Регент.
«Как мы видим, эта база в состоянии полной боевой готовности, – подумал Тодзи, – Жаль здесь нет шахты, ведущей к ядру реактора. Хотя, возможно, мне удастся сбросить этого типа с балкона».
– Тогда стоит ли вам беспокоиться о них? Они всего лишь мечты, в то время как вы – реальны. Я хочу предложить вам сделку, поскольку живые вы мне более полезны, чем мертвые. Я могу сообщить вам, почему ваш мир подвергается нападениям, и научить вас, как отразить их. Я, также, верну вам вашего друга. Его мечта нужна нам только как козырь в рукаве, в то время как его тело поймано в ловушку. Все, что я хочу – поклянитесь в преданности мне.
– Я никому не продам свою душу, – заявил Тодзи.
Регент вздохнул.
– Нет такого понятия, как душа, если только не считать ей мечты. Но я сильно сомневаюсь, что здесь небеса, хотя многие люди живут здесь после смерти. Вы бесполезны для Трона Кошмаров, но я мог бы использовать вас в Бодрствующем Мире, вместо того, чтобы держать в заключении здесь. Все что мне нужно – обязательная присяга повиновения. Ваша душа не имеет значения, то что происходит с вами наяву – вот что важно.
– Я НИКОГДА не буду служить тебе! – Кассильда выхватила косу.
Регент взмахнул рукой, и Кассильда застыла, охваченная со всех сторон янтарем.
– Вы не можете даже надеяться победить меня в сражении здесь, в пределах города, дарованного Внешними Богами. У вас есть выбор. Вы можете по собственной воле присягнуть мне, и получить то, что я предложил. Или можете наблюдать, как умирают ваши друзья, затем наблюдать, как я пожру мечту Кенсуке, единственную его часть, которая остается им. И затем я придумаю, что бы такое забавное сделать с вами… Возможно, снова и снова скармливать вас Херувимам, каждый раз, когда вы засыпаете и видите сны, – он пристально посмотрел на них, хотя они не могли видеть его глаза за маской, – Я утомился. Делайте ваш выбор.
– Думаю, даже если бы мы поклялись, вы не дали бы нам того, что мы хотим, – сказал Тодзи, – И вообще, может все это только иллюзия в бутылке.
Аска колебалась. Сама мысль о том, чтобы присягнуть на преданность ему была ей отвратительна, но то, что он предложил… в конце концов, он мог знать… как нанести поражение Ангелам раз и навсегда… Но Тодзи конечно прав. Регент не имел никакой причины сдержать свое обещание, даже если бы они поклялись ему в верности. И тут у нее родилась идея. Она взяла фонарь Ариэля и открыла его.
– Попробуйте повторить это в свете истины.
Регент напрягся, но свет прошел сквозь него. Его маска, исчезнув на миг, показала только звездную пустоту за ней. Голос невнятно говорил в голове Аски: «Внимающая пустота. Внимающая пустота. Звездноокий Лорд. Ньярлахотеп, геральд Внешних Богов», – голос усиливался, кричал на множестве различных языков, и она глушила его, как только могла.
Голос Регента отразился эхом, словно они стояли в большом пустом зале.
– Да будет так. Вы должны умереть.