Кап.
Синдзи наблюдал за баскетбольной игрой школьников. Щелк.
Бросив свое занятие, Аска повернулась и посмотрела на Синдзи.
– Ты не мог бы немного ПОМОЧЬ мне здесь?
– Чем?
– Уммм… – она вздохнула, – Я больше не выдержу!
– В самом деле так плохо? – Синдзи встал и подошел к ней.
Кап.
– Да, – она снова вздохнула, – Мне все надоело. Жаль, что Хикари занята сегодня вечером.
– Что она… а, танцы, – Синдзи покачал головой, – Никогда бы не подумал, что Тодзи окажется в ее вкусе, но… кажется, вообще трудно сказать, какие парни нравятся девушкам.
Кап.
– Это нелегко и для девушки также, – сказала Аска, – Решить, какие парни ей нравятся. Ты западаешь на какого-нибудь парня, а затем он поступает с тобой низко, и ты понимаешь, что совсем не знала его.
Синдзи протянул руку и повернул вентиль крана с холодной водой.
Кран прекратил капать.
– …
– Ну, чем ты хотела заняться? – спросил Синдзи, – Мне тоже немного скучно.
Аска задумалась на секунду.
– Давай потанцуем. Тодзи и Хикари веселятся, а чем мы хуже?
Его глаза расширились.
– Ты и я пойдем на танцы? Но… я хочу сказать… я не слишком хорошо умею танцевать.
– Научишься, – сказала она, – Раз уж ты можешь побить гигантское чудовище, танец не должен оказаться для тебя серьезным вызовом.
– Я имею в виду, – он смотрел мимо нее, – Ты приглашаешь меня?
– В отличие от Тодзи, ты – не плесень в человеческом облике. Ладно, пошли.
– Эээ, я должен переодеться?
– Не-а, давай унесемся из этой квартиры, из этого города. Куда угодно, – она схватила его за руку, – Давай, мы должны спешить, если хотим хорошо провести время.
Синдзи немного покраснел и позволил утянуть себя в ночь.
Майе было страшно.
Независимо от того, чем была больна Рицуко, с ее руками тоже что-то случилось. Она не снимала свои перчатки, хотя в них она действовала ужасно неуклюже.
В итоге, Майя стала ее руками и глазами, делая все, что указывала Рицуко. Семпай отдавала приказы быстро и резко, она выказывала мало терпения этой ночью.
Большая часть работы касалась испытаний эффекта различных сывороток на образцах клеток. Некоторые из них были образцами Ангела, некоторые – Рей, другие являлись чем-то вроде слегка видоизмененных человеческих клеток. Ни один из образцов не был микроорганизмом или вирусом.
Постепенно, природа болезни Рицуко прояснялась, хотя все еще оставалось ужасно неопределенной. Это могло быть что-то вроде генетического нарушения, или какой-то экзотический вид отравления.
Майя прервала свои размышления, когда Рицуко внезапно вскрикнув от боли, скорчилась и упала на пол.
– Семпай!
– Н-не подходи, – Рицуко пыталась нащупать ряд шприцев, но руки подвели ее.
– Семпай, позвольте мне, – быстро сказала Майя. Не задумываясь, она подняла шприц. Рицуко слабо попыталась выхватить его, но Майя держала крепко, – Семпай, пожалуйста, – сказала она, – Позвольте мне помочь вам. Пожалуйста.
– Ннг…
Тело Рицуко сотрясали судороги, и она прекратила сопротивляться прикосновениям Майи. Молодая девушка мягко закатала рукав лабораторного халата Рицуко, и открыла рот от того, что увидела.
Рука Рицуко имела желтоватый оттенок, напоминающий желчь, с зелеными пятнами. Кожа – грубая и жесткая, была холодной на ощупь, а мышцы под ней напоминала резину.
Страх Майи усилился.
Чтобы ни происходило с Рицуко, процесс развивался стремительно.
Дрожащими руками Майя воткнула иглу шприца. Сначала она встретила некоторое сопротивление, но со вторым с толчком, игла вошла в мышцу. Она проследила, как странная жидкость ушла под кожу Рицуко, затем медленно извлекла иглу.
Приступы Рицуко постепенно пошли на спад, и вскоре она неподвижно замерла на полу. Все это время, Майя держала руку на ее плече, надеясь, что ее прикосновение успокоит Рицуко.
Рицуко медленно села, отстранившись от руки Майи.
– Спасибо, Майя.
В любой другой день, эти слова заставили бы Майю запрыгать от счастья, но сейчас все ее мысли занимала болезнь Рицуко.
– Семпай… что… чем вы больны?
Рицуко отвернулась, с трудом подбираясь к стойкам с химикалиями и образцами.
– Это… генетическое расстройство, – нерешительно ответила она, – Теперь возвращаемся к работе. Давай же, мое время уходит.
Песни группы «Тяжелый понедельник», одной из самых зажигательных молодежных групп в Японии середины 2010-х, ревели в гимнастическом зале средней школы, в то время, как несколько учителей, играющих роль наблюдателей за порядком, старались не оглохнуть. Множество возбужденных молодых людей вертелись вокруг, танцуя, или наблюдая за танцами других, в зависимости от того, на что хватало смелости. Канзаки-сенсей, одна из преподавателей физкультуры, стояла на страже возле стола с пуншем и закусками, чтобы удержать любого дурака (или учителя) от добавления алкоголя в напиток. Это была далеко не самая захватывающая обязанность.