«Я прикончу эту задницу, – подумал он, – Нет! Только не снова, черт возьми!»
Неожиданно, вместо давления невнятного бормотания, его пронзил укол психической боли. Боли Зуриэля. Первый спрыгнул через огромную дыру, проделанную Ангелом в потолке, и теперь пережевывал его... хвост? Голову? В общем – другой конец. Второй и Нулевой объединили силы и поливали Зуриэля водой. Четвертый принялся кромсать Ангела своим прогножом.
Тодзи заорал от боли и радости, прилагая все усилия, чтобы раздавить омерзительную тварь насмерть, и та начала таять в его руках. Он ощутил, как сила потекла в него, когда Ангел развалился на части. Но, хотя он развалился почти весь, передняя четверть просто оторвалась и продолжала движение вперед.
Он попытался заставить Третьего встать, но он был весь покрыт скользкой кислотной слизью и страдал от боли. После нескольких попыток, он сдался, лег и испустил стон.
Аска и Рей ничего не замечали, увлеченные созданием дождя.
/ Синдзи, прикончи его! / – вскричала Мисато.
Он бросился следом, как волк, на всех четырех, в то время как Зуриэль пробился через стену в большое помещение, полное труб и машин. Шум ударов теперь слышался гораздо отчетливее.
Первый изрыгнул паутину, ловя убегающего Ангела, затем вытянул его назад и прыгнул на него. Зверство, последовавшее за этим, настолько смутило Тодзи, что он предпочел пропустить сцену добивания, несмотря на весь ад, через который он прошел до этого.
Первый отрывал немалые куски от того, что еще оставалось от Зуриэля и пожирал их. К этому времени, Второй и Нулевой прикончили остальную часть существа. Насыщение постепенно замедлилось, потом прекратилось, после чего Синдзи очень тихо пробормотал:
/ Я не хотел этого. /
– Ангел мертв, – объявила Майя.
– Думаю, мы достали его, – сказала Мисато, – / Как все себя чувствуют? /
/ Все, все сплошь болит. / – ответил Тодзи.
/ Думаю, мне что-то нехорошо, – сказал Синдзи, стараясь избавиться от противного привкуса во рту, – Я действительно... / – он помотал головой и нахмурился, не желая вспоминать об этом.
/ Я в порядке, – отозвалась Анна, – Сожалею, что не смогла сделать больше. /
Мисато задумалась, как бы поделикатнее выяснить: не чувствует ли кто-нибудь из них потребности устроить еще одно землетрясение?
Аска осмотрелась по сторонам, затем спросила:
/ Что это за устройства? /
/ Чувствительные устройства, которые могут взорваться, убив всех нас, если вы будете играть с ними, – ответил Гендо, – Они используются для производства LCL. /
/ Более безопасного места не нашлось? / – поинтересовалась Аска.
/ Обычно вещи НЕ бывают в большей безопасности, чем скрытые в глубинах штаб-квартиры NERV, глубоко в монолитной скале, под многими, многими защитными слоями, – сказал Гендо с намеком на раздражение в голосе, – Ядерный взрыв непосредственно в Токио-3 не в состоянии повредить их. /
Аска смотрела на машины, жалея, что она не слишком много знает о производстве, так что она не могла сказать – лжет ли он?
Синдзи отплевывался, избавляясь от привкуса Зуриэля во рту.
Тодзи что-то несвязно пробормотал.
/ Что ты говоришь, Тодзи? / – переспросила Анна.
/ Я упал, и я не могу подняться. / – простонал он.
В пылу боя, у них не было времени оглядываться по сторонам, но теперь, пройдя по пути проделанному Ангелом, они были потрясены опустошением. Большинство зданий оказались поврежденными, некоторые полностью рухнули. Верхняя часть NERV оказалась вскрыта, последние лучи заходящего солнца проникали в пещеристую область. Когда день сменился ночью, Геофронт тускло осветился бледно-синими огнями резервной системы освещения.
Тодзи присвистнул.
/ Ничего себе. /
/ Это... это плохо. / – сказал Синдзи.
/ Очень плохо. / – добавила Аска.
/ Да... ну... могло быть хуже. / – заметил Тодзи.
/ Да? / – переспросил Синдзи.
/ Да. Весь город мог поджариться, как картошка, в устроенном Ангелом взрыве. / – сказал он прямо.
Все затихли на мгновение.
/ Это было плохо, Тодзи. /
/ Вы что, думаете, я шучу? /
Загрузочная площадка для ЕВ была теперь недоступна, все лифты и шахты, ведущие к ней – разрушены во время землетрясения, опустошившего Геофронт. Вместе с тем, особой альтернативы не нашлось, и Мисато предложила переместиться на берег озера, как в наиболее безопасное место. К тому же, несколько дорог и проходов, ведущих от командного центра к озеру, кажется оставались неповрежденными. И учитывая положение вещей, это было единственное место, где пилоты могли смыть с себя LCL. Остальные не возражали, молча направившись к озеру. Они слишком погрузились в свои мысли, чтобы много разговаривать.