Аска смотрела на него с умилением, давая его страху стать его наказанием. Но тут он укусил ее. Это было совсем не больно, но непростительно. Она поднесла его к своим губам, прижала его голову к зубам и медленно ощущала, как плоть расплывается по ее рту. Несколько языков пламени проникло сквозь ее зубы, пока тот кричал в агонии. Его вопли давали ей повод наслаждаться. Она наслаждалась его болью, той болью, что стала концом его жизни.
Она могла бы забрать его душу, но это того не стоило. Вместо этого, она медленно откусила ему полголовы, высосала его мозг и медленно начала разделываться с его телом, по ходу дела подогревая его огоньками. Скоро, очень скоро от него ничего не осталось. Аска почувствовала дрожь; было глупо позволить себе расслабиться, когда еще столько работы.
Потом она почувствовала что-то иное, странную смесь ужаса и вины. «С чего бы?» – подумала она, – Неужели я противлюсь своему господину? Но я же права. Получеловек существовал, чтобы служить и умереть по необходимости. Им повезло, что им разрешили существовать, но Великий Князь иногда был чертовски сентиментален относительно этих маленьких бедных существ».
Аска проследила мысли, что крутились у нее в голове; нет, ни одна из ее душ не вышла из-под контроля. Она окунулась в себя, проходя мимо тысяч душ, идя по следу эмоций, что все нарастали. Там было что-то... что-то мягкое, внутри которого, в слегка прохладном месте, пребывала душа... человека, одна из самых старых душ. Она не видела настоящего человека, с тех пор, как они исчезли из пробудившегося мира... и что-то приближалось к ее лицу, пока она лежала в постели, и...
Аска проснулась в тот же миг, как таракан с потолка упал на ее лицо. Со злости она сожгла его дотла, потом села, собирая обрывки сна, которые еще помнила. Она сбавила пламя, и вскочила на ноги, прежде чем что-то загорелось.
Она рывком открыла окно, и вылетела на улицу; языки пламени, порожденные ее разумом, окружали ее. Первая волна паники скоро спала, и она вернулась назад. Затем, дрожа всем телом, взлетела с земли на крышу. «Я лучше умру, но не стану такой», – сказала она себе.
К ее удивлению, Рей уже сидела там. Как поняла Аска, она лежала на крыше, но почему-то оставалась незаметной. Аска начала подниматься. Она не хотела, оставаться рядом с Рей, хотя бы на миг, она еще помнила объятья Рей, ее приятные покусывания...
Она встряхнула головой, но как только она повернулась, Рей произнесла:
– Стой, – секунду спустя, она добавила, – Пожалуйста.
Аска не могла решиться. Она не хотела проводить ни минуты рядом с Рей, но какая-то часть ее хотела остаться. Та часть, откуда шли все эти сны, та часть ее, которую она на самом деле ненавидела. Аска задрожала.
– Мне снился сон, – сказала Рей, и начала рассказывать сон о подводном мире, в котором оставались только лишь Глубоководные. Насколько могла понять Аска, этот сон имел очень много общего с ее сном, и она подумала, видели ли то же самое остальные Дети.
– Да, – сказала Рей.
– Что да? – резко спросила Аска.
– Он снился всем нам, – объяснила Рей. – Конец уже скоро. Кровь зовет. Мы отвечаем.
Аска задрожала еще сильнее. Она не хотела делиться своими снами с Рей.
– Тогда почему они все еще не здесь?
– Они будут здесь, и скоро. Наша кровь зовет их.
– Но почему не сейчас? – спросила Аска.
– Мы прочно связаны, – немного грустно ответила Рей. – Потому что мы...
– НЕТ НИЧЕГО, ЧТО МОЖЕТ НАС СВЯЗЫВАТЬ! – со злобой закричала Аска. – То, что ты сделала со мной...
– Кровь Нарушителя, она свела нас вместе, – сказала Рей. – Я хотела бы, чтобы это был Синдзи.
– Синдзи мой, – прошипела Аска.
Рей посмотрела на нее нервно, достаточно нервно, чтобы Аска почувствовала все нарастающую злобу.
– Я хочу...
– Не, ты его никогда не получишь, – отрезала Аска. – Он МОЙ парень.
– Не можем ли мы... всякое бывает...
Глаза Аски расширились.
– Ты с ума сошла? Даже если бы ты не изнасиловала меня, такие вещи существуют только для конченых идиотов и извращенцев!
Что-то мелькнуло у нее в голове. Это не могло быть воспоминанием, так как она знала, что этого никогда не происходило. Просто картина... она в постели, и Рей, обнимающая ее сзади и целующая ее шею, и Синдзи, целующий ее живот спереди. Ее глаза все расширялись, и она выбросила эту картину из головы. Она бы никогда не пошла бы на что-либо подобное с другой девушкой и ОСОБЕННО с Рей.