Повелитель Снов явил себя. Циклопических размеров существо напоминало фигурой человека, но огромные зеленые слизистые щупальца свисали с подбородка – приобретение после убийства одного из родичей Ран-Тагота. Широкие студенистые крылья были украдены после падения мира Алабраксас, длинные когти на пальцах некогда принадлежали Йтур'гна, пытающимся защитить Селеано от голода Повелителя. Он был огромен; настолько же больше ЕВ, насколько Хотнианцы больше обычного человека. И хотя Его защитники пали, его разум беспрепятственно сиял, охватывая весь мир.
Самонадеянность переполняла Его, ведь Земля была далеко не первым миром, который Он сокрушил и переделал в соответствии со своей фантазией и воспоминаниями о том, как выглядел Его родной мир, прежде чем Он уничтожил его в борьбе за власть. Он был непоколебим, поскольку всегда приносил смерть, но никогда не познавал ее.
Он пристально смотрел на Детей, пока те поглощали и расправлялись с последними ДАГОН. Это зрелище не вызывало у Него страха. Он ничего не боялся. Все другие формы жизни не заслуживали ничего, кроме презрения, лишь Звездам и Внешним Богам нельзя было бросить вызов и уничтожить их. Силой своего разума Он обрушился на Детей, но наткнулся на их АТ-поля.
По всей Земле от этого толчка, направленного против всего человечества, многие люди попадали в обморок, забились в агонии, потеряли разум. Волна безумия докатилась до экватора, и под ее ударом людей охватывала первобытная ярость. Его гнев овладел ими, и никто не в силах был сопротивляться Его мощи.
Но те, кто противостоял сейчас ему, не были сломленными, опустошенными и слабыми глупцами, с которыми Он привык сражаться и поглощать. Скорбный список их погибших друзей и близких был длинным, но не сломил их дух. Частые воспоминания не поглотили их. Их общие страдания и боль закалили их, словно выкованное оружие, а сила и любовь, что они разделяли, сплотили их в единую семью и команду.
Они жаждали вырвать сердце из Его груди, и они СДЕЛАЮТ это. Все кончится здесь и сейчас.
Мисато едва могла связно мыслить. Ее одолевал голод, тело продолжало изменяться; это тревожило ее, но в то же время она верила, что все правильно. Они были ее детьми, она обучала их, любила, и возглавляла. Мисато ощущала инстинкты Нулевого; он был готов к этому дню. Они все чувствовали, что их ЕВЫ движутся без нужды в сознательных приказах, ведомые общей целью, общим разумом, общей душой.
Они окружили Повелителя Снов, когда тот поднялся к небесам. Сила Его разума давила на них, а его поклонники и почитатели по всему миру сжимали головы и умирали в экстазе прямо на улицах, когда он низверг на них всю свою мощь. Не будь Детей, большую часть человечества погубил бы этот ментальный шторм.
Но они образовали пятиугольник вокруг цели, окружив ее теми самыми копьями, что вытащили из себя. Аска перебросила лишнее копье Четвертому, так что у всех оказалось по одному. Линии света, мерцая в АТ-поле, пробежали между ними, формируя пятиугольную звезду с Повелителем Снов в центре.
И женский голос начал произносить слова древнего обряда, а ожерелье Мисато пылало, словно маленькое солнце. Она больше не нуждалась в глазах, чтобы видеть; она могла видеть кожей и волосами, хотя и в ограниченном спектре.
На экранах мониторов внутри ЕВ, на которые никто не обращал внимания, замигало сообщение: «Начат Ритуал Невинности. Инициатор: Икари Юи».
Пять АТ-полей надвигались на Повелителя Снов, сжимая его все туже и туже. Пять пересекающихся плоскостей образовали внутренний пятиугольник, соответствующий внешнему, стиснувший плоть до такой степени, что она вспыхнула неестественным для Земли пламенем, ставшим Детям слаще нектара.
Они произносили слова в унисон, подчиняясь внутреннему ритму, и Мисато говорила тоже, поскольку участвовала в обряде с самого начала – последний свидетель конца старого света и родовых схваток нового. И сейчас остаток старого света был под огнем.
Мечты Повелителя Снов превратились в кошмар, и его сила обратилась против него же, когда Дети начали поглощать ее и ткать огромные сети, соединяющие сон и явь. Некогда эти сети служили защитой Матриэлю, Атлач-Нача, душа которого теперь пребывала в Нулевом и Первом, в Первом и Третьем Дитя.