Макото доел рис и овощи, рыба уже покоилась в его желудке. Допивая чай, он отметил, что Акане все еще в постели. Как она справлялась со своей работой до того, как они начали встречаться, было выше его разумения. К пятнице ей надо было выдать на-гора несколько тысяч слов.
Он поставил тарелки в раковину и вернулся в спальню. Она лежала, вытянувшись, под простыней. Одна рука пошарила вокруг, но поиски не увенчались успехом, учитывая, что Макото поднялся еще час назад, и успел принять душ и позавтракать.
Он слегка потряс ее, поцеловал, только тогда она окончательно проснулась.
– Эй, дорогая, поднимись с постели раньше, чем я приду на обед, иначе ты ни за что не успеешь к крайнему сроку.
– Просыпаться в одиночестве это так скучно, – пробормотала она, зевая.
– Я знаю, поэтому я и разбудил тебя, – сказал Макото, – Я собираюсь на работу. Ты, наконец, решила, какой будет финал?
– Жена губернатора дает ему по морде, за то, что он обманывал ее. После чего вместе с его любовницей удаляется навстречу закату, прославляя вечную любовь.
У Макото не нашлось слов.
Акане хихикнула.
– Если серьезно, он уходит в отставку и уезжает в Бразилию со своей любовницей, его жена во время бракоразводного процесса грабит его подчистую, но ему наплевать, потому что он, наконец, счастлив с той, кого любит.
– Такое впечатление, что ты снова позаимствовала идею у кого-то из поклонников, – заметил Макото, снова целуя ее, – Мне пора, правда.
– Эй-эй, ты отлично знаешь, что я никогда не читаю фансайты, чтобы избежать юридических разборок. Никогда! – заявила она, встав с кровати, чего он и добивался, – Пойду в душ.
– Пока, любовь моя, – сказал Макото и направился к выходу.
Акане не торопясь приняла душ, затем с улыбкой рассмотрела свое отражение в зеркале. Она никогда не была счастливее, чем сейчас. «Вот уж не думала, что смогу с кем-то ужиться, – подумала она, – Тем не менее, получилось с Макото». Она коснулась золотистого завитка на щеке. Золотой знак, как его называли – древний символ удачи. С тех пор, как у нее появилась эта татуировка, удача так и перла.
К сожалению, после окончания книги ей придется отправиться в очередную поездку. Которая могла бы оказаться приятной, будь с ней Макото, но его работа не позволяла путешествовать когда и куда захочется. Но он никогда не жаловался на ее поездки, а недолгое отсутствие сделает возвращение еще более сладким.
«Пора попечатать голышом», – подумала она и рассмеялась.
Ей нравилось работать дома.
В «Системном проектировании Акаги» работало множество трудолюбивых людей. С тех пор, как они получили заказ от КС ООН на создание трех огромных, связанных между собой биокомпьютеров, они вкалывали до потери задних ног. Но все они очень гордились своей работой.
Макото жалел только о том, что для проходов обслуживания не предусмотрели лучшей вентиляции. Внутри всегда пахло морской водой и мокрой кошкой. Как Майя и доктор Акаги могли лазать там с таким видом, словно пахло цветущей сакурой, он никогда не понимал.
Действительно, большинство людей внутри биокомпьютера долго не выдерживали, это было одной из причин, почему он и Майя работали там только под наблюдением доктора Акаги. Она сидела на металлической полке, с ноутбуком на коленях, общаясь с обслуживающим персоналом по гарнитуре и отдавая приказы Майе и Макото.
Длинные зеленые волосы доктора Акаги как обычно во время работы были стянуты в пучок, из которого обязательно выбивались несколько непослушных прядей.
– Секция 58 получает слишком много питательного вещества, а секциям 43 и 12 – не хватает. Майя, проверь фильтр 12-й секции. Макото, займись 43-й. А я поднимусь наверх и посмотрю, что с 58-й.
Биокомпьютеры являлись живыми организмами. К сожалению, проблемы с хранением питания все еще решались, поскольку чем больше компьютеры работали – тем больше ели, и фильтры слишком часто засорялись, приводя к голоданию и даже смерти. Это напоминало проблему с вакуумными камерами, постоянно сгорающими в первом компьютере – ENIAC'e.
Но ENIAC был все равно что электронные наручные часы по сравнению со сложными и мощными МАГИ – тремя супер-биокомпьютерами, основанными на технологиях, полученных после Второго Тунгусского инцидента. После того, как их создание завершится, если такое когда-нибудь произойдет, МАГИ значительно ускорят исследования и понимание новых технологий, и могут быть использованы для решения бесконечного множества вопросов. Уменьшенные версии предназначались для космических кораблей будущего.
Тем временем, Макото глубоко вдохнул зловонный воздух и, подобно обезьяне в джунглях, полез сквозь переплетение колышущихся кабелей проверять фильтры. Он знал, что своей работой творит историю, считал доктора Акаги отличным боссом, а Майю – лучшей подругой.
Вряд ли он мог желать еще большего счастья, и, насколько он мог судить, то же самое относилось к ним.