Возник сплошной хаос вопросов и бурных обсуждений.
– Только без бредовых идей, – решительно заявила Аска, обращаясь к Синдзи.
– Нет у меня никаких бредовых идей!
Рей улыбнулась; бредовые идеи были у нее.
– У меня есть идея, – сказал Гендо, приступая к лапше со свининой.
Он, Фуюцуки и Юи по традиции решили обсудить варианты за обедом. На этот раз выбор места пал на маленькую забегаловку с блюдами быстрого приготовления. Не считая их маленькой компании заведение пустовало.
– Продолжай, – сказал Фуюцуки, потягивая кофе.
– Я думаю, МАГИ достаточно сильны, чтобы воздействовать на этот сон, поэтому мы должны переадресовать их сновидения и создать сон-тюрьму. Мы можем заманить в ловушку те части внеземной жизни, что поглотили Дети, и заключить их в мечте МАГИ. Таким образом, они окажутся в изолированной подвселенной и не смогут причинить нам вред, – сказал Гендо.
– А что произойдет, когда МАГИ рано или поздно состарятся и умрут? – спросила Юи, – Органика недолговечна.
– У нас будет вполне достаточно времени, мы придумаем что-то получше, – сказал Гендо, – Все, что нам нужно – передышка. Особенно учитывая первый контакт.
– Стоит попробовать, – согласился Фуюцуки, – Однако, у них проблемы с правильным питанием.
– С этим я разберусь, – уверенно сказала Юи, съела креветку с лапшой и добавила, – По сравнению с тем, через что мы уже прошли, это – сущая ерунда.
Рей обрадовалась, снова очутившись в Нулевом. Это было спасение от тела, терзаемого болью от полученных в недавней аварии на тренировке ран. И, хотя Нулевой также был повреждён, он не чувствовал боли. LCL не внушала ей ужаса и отвращения. Оно избавляло ее от вечно мешающего тела. Вещество, которое довело трех потенциальных пилотов до безумия, помогало ей мыслить более здраво.
Или, скорее всего, ей просто нравилось пилотировать Нулевого. Она мало чем наслаждалась в обычном теле, но пилотирование Нулевого всегда доставляло ей удовольствие. Она неслась по улицам Токио-3 со скоростью, недостижимой в обычном теле. Здания мелькали на периферии поля зрения и несколько машин были раздавлены под ее ногами. Это напоминало бег по лесу, когда случайно можно наступить на какого-нибудь жука.
Рей остановилась, оценивая ситуацию. Первый был запеленат в кокон между двумя зданиями. Ее цель – гигантский паук, бесцельно прядущий паутину и разрушающий дома. Миллионы пауков суетились вокруг, подражая их... хозяину? отцу? лидеру? Возможно, рисунок паутины мог бы прояснить этот вопрос. Рей включила связь.
– Кацураги-сан, мне нужен вид города сверху.
Маленькое окно появилось в правом углу ее обзорного экрана, показывая лицо капитана Кацураги.
– У нас есть самолет над зоной. Я задействую его для тебя.
Сплетения паутины, казавшиеся бессмысленными на земле, имели совершенно другой вид сверху. Они образовывали неровную V-образную фигуру, протянувшеюся через весь город, в середине которой находился странный овальный знак. Центр знака совпадал с площадью, на которой находились Первый и гигантский паук. Пока смысл знака оставался непонятным Рей. Возможно это сигнал для других подобных существ.
Из глубин памяти Рей всплыли кусочки занятий по биологии, и она решила действовать. Вырвав столб линии электропередачи, Рей швырнула его в паутину. Из поврежденных проводов посыпались искры. Маленькие синие огоньки побежали по нитям паутины, сливаясь в единое целое и перекидываясь на стоящие рядом здания. Вскоре весь город пылал, охваченный легким синеватым пламенем, пожирающим паутину.
Из состояния обреченной апатии Синдзи вырвало неожиданно охватившее его пламя. Инстинктивно он рухнул на землю и начал кататься, чтобы сбить его с себя. Ряды пауков ощутимо поредели. Неисчислимое множество их сгорело в огне, но еще больше было раздавлено.
Выхватив прогнож, Нулевой ринулся в атаку, пока Ангел-Паук стоял в растерянности, окруженный огнем. Мчась вперед, Рей связалась с Первым.
– Первый, атакуй.
Нож вонзился в один из фасеточных глаз Ангела-Паука, обагрив руки и оружие Нулевого розовато-лиловой дрянью. Давя всем весом Нулевого, Рей погрузила нож еще глубже в голову существа, пытаясь достать его мозг. Мерцающая аура охватила руки, кисти и нож Нулевого, разъедая плоть существа.
Периферийным зрением она видела, как Первый напал на паука с боку, отрубив одну из его огромных, тонких ног, однако все ее внимание было сфокусировано на клинке. Чем глубже погружался он в плоть паука, тем сильнее приходилось давить на него, и тем ярче он сверкал. Возможно, он выпивал цвет из Ангела, чья плоть серела и начинала крошиться от соприкосновения с мерцающей «аурой».