А разве был у них выбор? Они знали, что все это не может дальше продолжаться. Все могло закончиться сейчас, пока большая часть человечества не испорчена, или тянуться до тех пор, пока все не превратятся в богов и чудовищ одновременно. Пришло время последнего жертвоприношения; они должны были взять на себя это бремя, чтобы освободить остальных.
– Что бы ни случилось, Рей, мы не оставим тебя, – твердо сказал Синдзи, – Но тебе не нужно идти с нами.
– Я пойду, – сказала Рей с растущей решимостью. Ее слабость не удержала бы их. Даже если... Было так приятно чувствовать себя нормальной.
Но это был обман и, в конце концов, все тайное стало явным.
– Пошли, – сказала Рей.
– Проклятье, я не хочу умирать девственником, – заныл Тодзи.
– И я не хочу, – ответил Синдзи, на мгновение улыбнувшись.
– О, поцелуй меня в задницу, – проворчал Тодзи.
– Никто не собирается умирать, – заявила Мисато.
Хотя, возможно, так было бы лучше.
Рицуко терзало скверное предчувствие. Она только смутно догадывалась о том, что собираются сделать ее боссы, но МАГИ пока проходили испытания и не были готовы к «ограничению сущности снов», что бы это ни значило. Но она уже не могла пойти на попятный.
В буквальном смысле. Ее тело двигалось, занимаясь настройкой МАГИ, в то время как она сама просто беспомощно болталась внутри. Судя по отчаянным выражениям на лицах ее подчиненных, все они оказались в одной лодке.
Почему-то, если Рицуко не смотрела прямо на Макото, тот исчезал. Это раздражало ее больше всего.
«Возможно, я схожу с ума», – подумала Рицуко.
Ее мучили кошмарные сны, в которых она превращалась в русалку. Ну и бред. Любовь к морю еще не делает человека русалкой. И она пока не отрастила хвост. Какой же в этом был смысл?
«В любом случае, я порабощена, а во сне мечтаю о том, чтобы стать русалкой, – думала Рицуко, – Нужно сосредоточиться! Должен же быть какой-то выход».
Но она не могла его найти.
– До готовности МАГИ остается двенадцать часов, – прикинул Фуюцуки.
– Хорошо, – сказала Юи, – У нас мало времени.
– Остановитесь, – раздался голос Мисато, – Из-за вас может погибнуть все человечество. МАГИ не могут сдержать Ангелов, и вы это знаете. Мы с самого начала играем с огнем. С огнем, который поглотил моего отца и охватил весь мир. Мы не готовы. Пришло время проснуться.
Дети столпились позади нее, не уверенные, на что они способны сейчас, без своих способностей, но настроенные хоть что-нибудь сделать.
– Как вы сюда попали? – потребовала ответа Юи.
Охрана здесь была довольно надежная.
– Повторно использовать охранные системы и коды NERV, с которыми я знакома, не самая лучшая идея, – ответила Мисато, – Никто из вас троих не знает о безопасности больше меня.
– Пожалуйста, мама, ты должна остановиться, – попросил Синдзи, – МАГИ недостаточно сильны, чтобы сдержать мертвых богов, с которыми мы сражались. В результате МАГИ просто испортятся, а весь мир будет уничтожен.
– Невинность неизбежно падет перед реальностью, – тихо сказала Рей, – Ритуал Невинности нес в себе благородство, но вы не можете повернуть время вспять. Человечество должно жить и развиваться в реальном мире, справляться со своими проблемами, чего бы это ни стоило.
– Я... я не хочу снова стать чудовищем, – произнесла Аска, – Но лучше так, чем жить во сне, порожденном чудовищами.
– А я хочу покончить с этим гребаным дерьмом! – выкрикнул Тодзи.
– Спасибо вам за то, что возвратили мне мою семью, – сказала Хикари, – Но я должна прекратить лгать сама себе. Я не могу вернуть прошлое, и даже вы не сможете.
– Это же прекрасный мир! – в отчаянии возразила Юи, – Если мы позволим ему умереть, то разрушим всеобщее счастье. Миллионы людей умрут и останутся мертвыми!
– Они и так мертвы, – печально, но твердо сказала Мисато, – Я хотела бы... я пожертвовала бы своей жизнью, чтобы воскресить вас, Макото, командующего Икари и Фуюцуки, и всех остальных погибших, кого я не смогла защитить. Но это – ложная жизнь, и мертвые... – она на секунду запнулась, едва заметно вздрогнув, – Кадзи иногда переставал двигаться, если я не смотрела на него. Он не жил собственной жизнью... он был всего лишь марионеткой. Мертвых не вернуть. Мы должны оплакать их и двигаться дальше. Если мы не поступим так, все человечество ждет гибель, или нечто похуже, – Мисато опустила глаза, затем вновь взглянула на Юи, – Мне жаль. Мне очень жаль.