Это кончилось так же внезапно, как и началось. И едва к Аске вернулось зрение и способность связно соображать, как она ощутила укол сожаления, что этот невероятно мощный экстаз перенасыщения, который никогда не испытывал ни один человек на свете, остался в прошлом.
Как только перестала кружиться голова, Аска огляделась по сторонам. Синдзи лежал с закрытыми глазами, свернувшись клубком, и тихо постанывал. Туша Ктулху постепенно серела и превращалась в крошащийся шлак. То, что он был мертв – не вызывало сомнений. Никто не может выглядеть ТАК и при этом лишь притворяться мертвым. Во всяком случае, земное его воплощение точно отправилось в Страну вечной охоты или куда там попадают мертвые Ангелы.
Чуть поодаль лежала Рей. Она не шевелилась, но Аска различила, как слабо поднимается при вздохе ее грудь. Пошатываясь от слабости, и чувствуя себя невероятно уставшей, она направилась к Рей. Чтобы завершить то, что было начато.
Майя твердо решила для себя, что, как только почувствует, что сходит с ума – утопится в бассейне посреди пещеры. Правда, у нее не хватало опыта в такого рода делах, и она пока не знала, по каким критериям определять надвигающееся безумие, но сама мысль о том, что у нее в любом случае есть выход, каким бы он ни был, странным образом успокаивала.
У нее не было часов, так что она понятия не имела, сколько времени прошло с тех пор, как увели Рицуко и она осталась в одиночестве в сырой и темной пещере. Она не хотела есть, но никто и не спешил приносить ей еду. Она не могла спать, потому что душа не находила покоя. Она могла думать только об одном – выбраться отсюда, живой или… мертвой.
Несколькими минутами ранее она внезапно ощутила невидимую волну, прошедшую через толщу камня. У нее появилось странное предчувствие, что произошло нечто очень важное. Но что, где, и как это повлияет на ее судьбу – она не знала. Задрожав всем телом, Майя села на корточки и обхватила руками колени. Чувство исчезло столь же быстро, как и появилось.
Она посидела некоторое время, стараясь успокоиться. Поднявшись, Майя в сотый раз прошла вдоль стен своей тюрьмы, касаясь ладонью холодного влажного камня. Дойдя до валуна, закрывающего вход, она от бессильной злобы шлепнула по нему ладонью. К ее изумлению, камень вдруг дрогнул и стал медленно откатываться в сторону.
Майя отпрянула назад, но тут заметила мелькнувшую в щели полу белого халата.
– Семпай!
– Да, это я, Майя, – донесся с той стороны голос Рицуко, – Но не могла бы ты слегка подтолкнуть этот гребаный камень со своей стороны? Он чертовски тяжелый…
Майя ухватилась за край валуна и потянула изо всех сил. Через пару секунд выход был открыт, и Майя со слезами на глазах бросилась на шею к Рицуко.
– У нас мало времени, – предупредила та. – Нужно спасаться, пока они не очухались.
– Что случилось, семпай? Как вам удалось освободиться? И как мы выберемся отсюда? – засыпала Майя Рицуко градом вопросов.
Тут она заметила валяющееся у входа в пещеру бездыханное тело Глубоководного. Из его окровавленной глазницы торчал какой-то предмет, показавшийся Майе смутно знакомым.
– Настоящий «паркер», – заметила Рицуко. проследив за взглядом Майи, – Золотое перо, пожизненная гарантия.
– О, боже… – Майя поднесла ладонь ко рту, – Вы убили его… авторучкой?
– У меня не было особого выбора, – ответила Рицуко, – Он охранял вход, и вопрос стоял так: либо он, либо я. Ты предпочла бы, чтобы я голыми руками свернула шею этому бугаю? Скорее, нам нужно пользоваться моментом, пока жабы в панике.
– В панике? Что случилось?
– Похоже, их верховному божеству настал foobar, – усмехнулась Рицуко, поднимая и взвешивая в руке копье мертвого стражника. Оно показалось Рицуко слишком громоздким, и она отбросила копье в сторону.