Синдзи пожевал кончик карандаша, гадая, что конкретно хотел учитель литературы, задавая эти стихи на дом? Что имел он в виду под разбором стихотворения? Что именно проанализировать? Синдзи устало смотрел на двенадцать строчек – четыре трехстишья о цветах. Вот все, что он мог сказать. И как, скажите на милость, растянуть это на целую страницу.
Звуки музыки разлились в комнате, отвлекая его внимание от домашней работы. Аска нашла свою скрипку и теперь играла на ней, вместо того чтобы заниматься уроками. Синдзи прислушался к мелодии, стараясь угадать, что она играет. Но не смог точно определить стиль.
– Что это?
– Полька, – ответила Аска весело, и мгновенно сменила мелодию на более спокойную. – Не таким вещам меня предполагалось учить, но… давай сыграем что-нибудь вместе.
– Ты уже сделала домашку по литературе?
– Я сравнила их с несколькими стихами Гете. – Аска хитро ухмыльнулась. – На самом деле, я нашла пару старых статей о стихах Гете и добавила к ним свой абзац.
– Стихи о Готах?
Аска замотала головой.
– Нет. Гете – это автор.
– Не похоже на японское имя.
– Конечно. Он известный немецкий поэт.
– У тебя были японские статьи о немецком поэте.
– Еще чего. Я перевела их.
– Здорово, – сказал удивленный Синдзи.
– Теперь я свободна, и могу заниматься чем хочу.
– А астрономия?
– Что? – удивленно моргнула Аска.
– Разве ты еще не получила задания за те дни, которые отсутствовала?
– Они задавали нам домашние задания, когда мы отсутствовали? – огромная капля повисла на лбу Аски.
Синдзи кивнул.
– Знаешь, школа не закрылась без нас.
– Та-ак… можно взглянуть на список?
– Здесь задания по всем урокам, которые мы пропустили. Мне бы не хотелось потерять их, – он протянул ей три исписанных листочка.
Аска подошла и, взяв листочки, внимательно изучила их.
– Я не могу сделать все это за… – сказала она, тяжело опустившись на пол.
Еще раз перебрав листочки, она вздохнула:
– Ничего себе, астрономия и… о, великолепно, куча заданий по литературе.
– Тебе не нравится литература?
– Только не то, что нам дают в школе. Если бы мне разрешили писать о чем-нибудь стоящем, тогда другое дело. В колледже математика и физика числились среди моих основных предметов, – она сбегала в свою комнату за учебниками и бумагой. – Так, сейчас я быстренько с этим разберусь.
Аска открыла учебник литературы и глянула на первое задание, как будто это был злой демон.
– Грр, дурацкие стихи. Анализировать стихи – это как препарировать бабочек.
Синдзи недоуменно моргнул.
– Верно, но я не думаю, что мистеру Ичияма понравится этот ответ.
– Ну и что нам делать с этим бредом?
– А я откуда знаю? Можешь сделать самолетики и запускать их с балкона.
Они посмотрели друг на друга.
– Значит, ты еще ничего не сделал? – рассмеялась Аска.
– Вот только закончу сегодняшнее задание.
– Отлично. Вместе мы НЕПОБЕДИМЫ!
Прошло два часа. Мисато все еще не вернулась, а домашняя работа так и осталась недоделанной. Дети стояли у окна, облокотившись на подоконник, и смотрели на огни ночного города, решив отдохнуть от чтения про «искрящуюся росу» и «стрекот цикад».
– Решено, я напишу хайку об автомобильной аварии, – сказала Аска. – Это гораздо правдоподобнее, и я…
– Они все одинаковы, – сказал Синдзи тихо. – Нам не написать стихи о разбитом металле.
– Твой отец всегда такой урод? – лениво спросила Аска.
– Что? – Синдзи недоуменно посмотрел на нее, не видя не какой связи с ранее сказанным.
– Он постоянно придирается ко мне.
– Не знаю. Я не видел его с тех пор, как мне исполнилось пять или шесть лет. После смерти мамы он бросил меня.
– Не поняла? – уставилась на него Аска.
– Он отдал меня в приемную семью, скорее всего, обманув их, что я сирота.
Шимодасы оказались хорошими людьми, но они почти не заботились обо мне. Я был для них вроде обузы. Но им нравилось, как я играю на виолончели. Наверное, это единственная вещь, в которой они меня поощряли. Они держали много домашних животных. Мне нравятся животные, – легкая улыбка скользнула по его губам. – Целых восемь кошек, которые каждый вечер устраивали шумные драки с соседскими кошками. Широ был моим любимцем. Он выглядел таким умным, и временами мне казалось, что он может говорить.
Аска бросила взгляд в сторону Пен-Пена, который смотрел по телевизору спортивное шоу.