— Мм… хорошо, — сказал Тодзи. Идея, насчет наложения на него заклинания, показалась ему немного жуткой, и он не мог заставить себя поверить, что все это реально, несмотря на множество странных вещей, которые он уже успел увидеть.
Херувим бросился на него, довольно неуклюже выставив когти, и Тодзи легко парировал нападение, даже со своим минимальным мастерством. Херувим приземлился и снова устремился в атаку. Тодзи начал медленно отступал под натиском своего противника, но пока что умудрился не получил ни единой царапины. Его же противник заработал несколько ужасных глубоких ран, из которых медленно сочилась фиолетово-черная, вязкая кровь, и Тодзи сумел нанести ему еще одну серьезную рану на ноге.
"Проклятье, — подумал он, — то ли я так хорош, то ли этот такой слабак".
Позади него запела Гвенвифар, и внезапно он почувствовал прилив сил, напомнивший ему то, как он выиграл соревнования по борьбе четыре месяца назад. Ощущение непобедимости заставило его броситься вперед. Херувим упал на пол, почти потеряв руку, и не в силах выстоять на ногах после удара.
Послышался треск, и кристаллическое окно на верху лестнице разбилось. Внутрь прорвались Херувимы. Один полетел вниз по лестнице, в то время как два других — вниз и в правый коридор. Тодзи повернулся навстречу новому противнику, жалея что не может оказаться в двух местах одновременно. Но ему на выручку пришла Аска, подбежав и прикончив того Херувима, с которым он сражался. Тодзи помчался вверх по лестнице, навстречу пикирующему Херувиму. Коготь и меч столкнулись. Тодзи отрубил ему левую руку, но сила удара отбросила его вниз по лестнице, и они вместе с Херувимом скатились вниз.
Раздался крик, удар и вспышка света залила галерею. Послышался приближающийся шум шагов. Тодзи отчаянно дрался с тварью, удерживая когти его правой руки в двух дюймах от своих глаз. Панцирь скользил под пальцами.
«Будь ты проклят, — подумал Тодзи, — Я не собираюсь умирать. Я не дам повода Аске сказать, что я ни на что не годен. Так что это тебе придется умереть, ублюдок!»
Из последних сил он ударил и отрубил напрочь правую руку Херувима. Поток пурпурной жидкости вырвался из обрубка. Херувим громко завыл, и выл до тех пор, пока Аска не нанесла удар. Тодзи сбросил с себя тело Херувима:
— Такое здесь часто случается? — спросил он подошедшего Хартина.
— Никогда эти существа не появлялись здесь прежде. И редко, очень редко их видели днем. Какая-то великая сила управляла ими, — он протянул Тодзи руку, — Ты можешь встать?
Тодзи схватился за руку и, шатаясь, поднялся.
— Пора кончать с этим.
Аска хмуро посмотрела на него и кивнула.
— Да, прежде чем они смогут причинить еще больший ущерб.
Они нашли Херувимов в комнате, где хранились редкие и ценные карты. Столы были опрокинуты, документы разорваны, несколько пергаментных карт сорваны со стен, и один из Херувимов пожирал все, до чего только мог дотянуться.
Хартин резко произнес несколько слов, и Тодзи почувствовал, что его кости вибрируют. И это было вовсе не забавно. Еще менее забавно пришлось Херувиму, который замер, стал болезненно-серого цвета, а затем рассыпался в прах. Другой Херувима, прервавшего опустошение и кинувшегося на четверку в дверном проеме, прикончила Аска, вонзив меч ему голову.
Гвенвифар осмотрела разгромленную комнату.
— Так много замечательных карт… за какие-то минуты. И остальное… уйдет вечность, чтобы навести здесь порядок.
Хартин кивнул.
— Гвен, займись этим. Я помогу нашим гостям найти нужную карту, если конечно, она еще цела, — он обратился к Тодзи и Аске, — Вам помощь нужна?
— Я в порядке, — сказал Тодзи, после чего потерял сознание и тихо опустился на пол.
Карта, которую они искали, оказалась безвозвратно потерянной. Но надежда еще теплилась в них, поскольку оставались несколько других карт, на которых были показаны главные межзвездные маршруты. На двух из них был указан путь к следующему месту назначения — Библиотеке в Селеано, где были собраны знания, накопленные великой цивилизацией за тысячелетия. Там находилась легендарная Великая Звездная Карта — целое здание, полностью посвященное регистрации маршрутов от одного мира к другому. Там они определенно смогут найти путь до Альдебарана.
Итак, они поднялись на корабль и легли отдыхать, после всех этих утомительных прогулок и сражений. Заснув, они вернулись назад, в реальный мир, до того момента, как снова не заснут.
Мисато ввалилась в квартиру, всем своим видом напоминая кота, который не только съел канарейку, но закусил рыбкой, разогнал всех соперников и спихнул собаку под поезд. Синдзи почти видел излучаемую ей жизнерадостную энергию.
— Привет, детишки! — воскликнула она, — Можете не ходить сегодня в школу, если вам не хочется. Я напишу оправдательную записку, если нужно. Как насчет того, чтобы запрыгнуть в поезд и отправиться в зоопарк, или еще куда-нибудь?
Аска уставилась на нее затуманенным взглядом.
— Мы, вообще-то, только что вернулись домой из школы.
— О, верно. Ну, так как… Эй, ты не очень хорошо выглядишь.
— Плохо спала, — ответила Аска.
— Где ты была этой ночью? — спросил Синдзи, — Мы волновались, потому что ты не пришла домой.
Мисато подпрыгнула за столом.
— Ну, я и Кадзи застряли в лифте, мы вспомнили старые добрые времена, ну и…в общем, мы снова вместе. Я была все это время с ним, — она потянулась, — Я не чувствовала себя такой энергичной много лет, — Мисато встала, — Кто со мной на пробежку?
— Нет, я собираюсь сделать домашнюю работу, пообедать и лечь спать, — с горечью сказала Аска. Она поднялась и ушла в свою комнату.
— Что с ней? — поинтересовалась Мисато.
— Вчера вечером она убежала из дома, после того, как позвонила тебе. Я искал ее полночи, и если бы не Рей, так и искал бы до сих пор, — в голосе Синдзи был только намек на грубость.
Мисато нахмурилась.
— Я должна поговорить с ней.
— Я думаю, лучше оставить ее в покое на некоторое время, — он отвернулся и вздохнул, затем, вновь повернувшись к Мисато, добавил, — Но в любом случае, поздравляю с воссоединением тебя и Кадзи.
— Ладно, тогда… пойдем прогуляемся. Мне нужно выговориться, а ты под рукой.
Во время прогулки Хикари с любопытством посматривала на Тодзи. Он выглядел сегодня мрачнее, чем обычно, хотя и не настолько мрачно, как когда Кенсуке…
— Хикари.
— Гм?
Она огляделась вокруг. Он снова привел ее к тому месту, откуда открывался великолепный вид на Токио-3. Последние лучи заходящего солнца заливали далекий горизонт.
Тодзи смущенно почесал затылок, задумчиво сдвинул брови, словно хотел что-то сказать, но не знал как.
— Я…эээ… — он вздохнул и взял руку Хикари в свою, — Слушай, мы делаем кое-что опасное… Я не могу слишком много рассказать об этом…
— Опасное? — переспросила Хикари. Ее рука слегка вздрогнула.
— Я… слушай, я не знаю, что случится со мной, но я только хочу, чтобы ты знала… эээ, — на его лице появился отчетливый румянец, в сочетании с нервной улыбкой, — Я рад… Я рад, что мы встретились, — он моргнул, затем нахмурился, — Звучит глупо, не так ли? Я надеюсь, я смогу выразить это лучше. Я…
Хикари заставила его замолчать, прижав палец к его губам. Она улыбнулась, хотя в глазах ее была тревога.
— То, что ты только сказал — прекрасно, Тодзи, — она приобняла его. Перед тем, как расстаться, она хотела сделать еще одну вещь. Собравшись с духом, она поцеловала его в щеку и прошептала на ухо, — Только вернись ко мне.
Он проводил ее до дома, получив еще один поцелуй на пороге, затем отправился домой, один на один со своими мыслями. Он насвистывал на ходу, внезапно почувствовав, что все будет хорошо.
— Черт, — сказал он ни к кому в особенности не обращаясь, — Да все складывается гораздо лучше, чем я думал».
А еще лучше, если бы вместо этой психованной евро-суки Аски в его сне была бы Хикари