Внезапно гигантская рука смахнула ее с неба. Она упала в воду и погрузилась во тьму.
Тодзи стоял среди руин города, почти полностью превратившегося в прах, смываемый потоком воды в озеро, и видел, как Аска исчезла в волнах, а также, что ударило ее. Оно было несколько сотен футов в высоту, вероятно, способно раздавить ЕВУ, если бы та оказалась здесь. Кожа твари была покрыта черными и красными пятнами, ее руки и ноги напоминали человеческие, но вместо головы болтался огромный язык, как у змеи, сотни футов в длину, покрытый язвами из которых постоянно сочился гной и кровь. Оно испустило чудовищный крик.
— Что за хрень… Только не говорите мне, что это Регент.
— Нет, это Кровавый Язык, одно из тысячи и одного обличия Ползучего Хаоса. Каждый раз, когда ты убиваешь его, он возвращается к жизни в форме еще более ужасной, чем прежде.
— Так что, мы должны убить все 1001 форму?
— Что мы должны сделать сейчас, так это перебраться через этот поток и спасти Аску, прежде чем она утонет.
— Вот дерьмо! Вы правы. Но, если она не всплыла до сих пор…
Кассильда пробормотала несколько слов и взмахнула руками.
— Ленильда подарила нам способность дышать под водой. Пошли.
Он не был настолько уверен в этом, но она непреклонно схватила его и утянула под воду. Он задержал дыхание, насколько только мог, но, наконец, не выдержал, и обнаружил, что действительно может дышать под водой. Кассильда, плыла впереди него и, казалось, была рождена для плавания, даже в одежде.
Вскоре они обнаружили Аску, пробивающуюся к поверхности.
— Я… я могу дышать, — сказала она, — Это… похоже на LCL, но не такое противное. Голос ее звучал необычно, словно она говорила в эхо-камере, и никаких пузырей не выходило из ее рта.
Тодзи моргнул.
— Ничего подобного. Это все заклинание. Что, черт возьми, с тобой случилось? — он чувствовал ее присутствие, даже с закрытыми глазами. Его собственный голос звучал с такими же странными отражениями, — «И каким образом мы можем говорить здесь?» — задался он вопросом. Хотя он также мог говорить в LCL, но он никогда не был там ВМЕСТЕ с кем-то еще, и думал, что звук передается по радио, или как-то еще.
— Я не могу бежать от того, что я могу делать лучше всего, — сказала Аска, — И я должна спасти человечество.
— Этот урод Регент превратился в здоровую чудовищную тварь, — сказал Тодзи, — Собираешься сыграть в богиню и надрать ему задницу?
— Я не богиня, — ответила она, — Нет…пока нет. Только…я думаю, Рицуко была права, назвав нас полубогами.
— Она ТАК сказала?
— Полагаю, нужен бог, чтобы побить другого бога? — спросила Аска Кассильду.
— Точно, — ответила Кассильда.
— Свисток у тебя, Тодзи?
Он пошарил по карманам.
— Я думал, он был у тебя.
Она покраснела и вытащила его.
— Давайте выберемся на поверхность и вызовем кавалерию.
Как только они достигли поверхности, Аска дунула в свисток. Раздался свист, в небе вспыхнуло, и что-то вроде огромных саней, запряженных восемью крылатыми единорогами, спустились с небес, далеко обогнув Кровавый Язык, который начал преследовать армии людей и Херувимов. Ноденс опустился на поверхность воды, рядом с ними, посмотрел на Кровавый Язык и нахмурился.
— Обычно он исчезает, если убить одну из его форм, а не ошивается вокруг. Я не ожидал этого.
— Да ладно, вы же бог. Пните его под зад. Была бы здесь ЕВА, я бы сам растоптал его, — сказал Тодзи, — Как, черт возьми, он видит, не имея глаз?
— Я могу изгнать его слуг. Я могу опередить его. Если я подберу вас, он не сможет вас поймать. Но если бы я мог убить его в бою, я сделал бы это уже давно. Он геральд Внешних Богов, и их сила проходит через него. Ему можно помешать, но только не в прямом противостоянии, — Ноденс снова нахмурился, — И все же… — он огляделся вокруг, — Он проиграл. Сражение окончено. Колесо повернулось. Он вращает колесо, но он не может остановить его.
— Другими словами — он безнадежный неудачник, — сказала Аска.
— Или, возможно, он затеял какую-то другую игру, но я не понимаю его, — сказал Ноденс, — Я вижу только один способ остановить его. Только Внешние Боги могут заставить его уйти, но призывать их опасно, так как они могут решить уничтожить вас всех, или уничтожить вас и спасти его, по причинам, известным только им самим. У них нет концепции правосудия. Возможно, если я отправлюсь за помощью, мы могли бы нанести ему поражение, но это будет слишком поздно для Королевства Радости.
— Эй, — сказал Тодзи, — но разрушить все здесь было бы…правильно. Я так или иначе разнес бы это проклятое место, так что…
— Тодзи, подожди, я думаю…
— ЭЙ, УРОДСКАЯ ЗАДНИЦА! — закричал Тодзи на Кровавый Язык. Тварь остановилась, а затем направился в их сторону. — Ты не только безнадежный неудачник, не понимающий, что пришло время собирать свои игрушки и плача отправляться домой, к мамочке. Тащи свою жирную задницу отсюда, или я позвоню твоему папаше, чтобы он пришел и надрал ее!
Тварь помчалась к нему, при каждом шаге поднимая волны, накрывшие их всех с головой. Тодзи скрылся под водой, но быстро выбрался на поверхность.
— Эй, Внешние Боги, ваш засранный геральд жалкий неудачник! Если вы не придете и не надаете ему по его несчастной заднице, я собираюсь всем рассказать, какие вы все лохи!
Ноденс уставился на Тодзи в шоке.
Аска вынырнула из воды.
— Тодзи… плохая идея! Это…
Тодзи понесло.
— Покажитесь сами, вместо того, чтобы посылать вашего педика геральда, которого даже неудачник, вроде Аски, может скинуть с балкона! Мы победили! Будьте мужчинами и признайте это! — он продолжал орать.
Кровавый Язык остановился.
— Глупец. Внешние Боги не будут слушать тебя. Их не заботит ваш лепет. Вы не можете… — его голос походил на раскат грома, хотя у него не было рта, чтобы говорить.
Озеро, которое доходило до коленей Кровавого Языка, начало кипеть и пузыриться вокруг него. Ноденс вскричал:
— Глаза! Закройте ваши глаза! — его голос отразился эхом, и сотни, возможно тысячи глаз зажмурились.
Но не глаза Тодзи. Он пытался заставить себя закрыть их, но они оставались широко раскрытыми. Он видел, как переливающиеся пузыри вырвались из озера и охватили Кровавый Язык. Внутри каждого пузыря была черная пустота, полная звезд. Они втянули Тодзи внутрь. Галактики проплывали мимо него, когда он двигался среди них в чернильной темноте. Мерцали пульсары, и квазары пели друг другу песню, которую ни один человек не в состоянии был постигнуть. Звезды рождались, жили и умирали, а вокруг них медленно вращались по спирали миры.
Большая спиральная галактика выросла, заполняя все поле зрения, вращаясь достаточно быстро, чтобы он это заметил. Он знал, что целая вечность проходит за секунду. Он протянул к одной из спиралей руку, где ничто граничило с почти ничто, и оказался близ сине-белой звезды, окруженной многими мирами.
Четвертый мир был зеленым и синим, с белыми облаками и белыми полярными шапками, с огромным континентом в форме полумесяца, с большим синим озером к югу от громадного горного хребта. Он прошел через облака, и увидел самого себя, плавающего в воде напротив гигантского скопления пузырей, так облепивших воющего монстра, что его совсем не было видно. Он был побежден, пузыри захватили его взгляд и втянули внутрь.
И внутри пузыря находилась черная пустота, полная звезд. Галактики проплывали мимо него, когда он двигался среди них в чернильной темноте. Он проходил этот путь вновь и вновь, и каждый раз он чувствовал, что теряет что-то. Он не мог закрыть глаза, и было все тяжелее видеть эти совсем не пузыри, и тот, кого они окружали, исчез. Наконец, он погрузился в пузырь и тот лопнул, оставив только имя — Йог-Сотот, все в одном и Одно-во-всем. Йог-Сотот никогда не уходил, он просто не позволял себя видеть. Он не мог уйти, и он никогда не уйдет, как бы этого ни хотелось Тодзи.
Осколки воспоминаний смешались в его голове, целые расы превращались в прах, миры рождались из остывшей лавы, и их пожирали звезды, родившие их. И в каждом камне он мог чувствовать присутствие Ключа Врат, Хранителя Границ, Того, Кто Един и Вездесущ. В своем сознании он слышал голос Кровавого Языка, на мгновение заговорившего с ним.