Пьеса стремительно приближалась к концу, и когда она закончилась, только медленно увядающие в воздухе звуки скрипки, напомнили о ней. Более того, на мгновение Аске показалось, что другая скрипка доиграла до конца финальную коду мелодии, но это, конечно, было невозможно, потому что кроме нее здесь никого не было.
— Здорово! — выдохнула она.
— Жаль, у меня нет магнитофона, — откликнулся Синдзи. — Слышала бы, как вместе с нами играл настоящий оркестр. Так было даже лучше, поскольку пьеса написана как раз для такого исполнения.
Вдруг Аска поняла, что она не помнит, какую пьесу только что играла. Она помнила мелодию, но не название.
— А как она называется?
— Э… — Синдзи пошевелил мозгами, но так ничего и не вспомнил. — Я не помню.
— Я тоже, но могу без труда повторить ее, — сказала Аска, — Она звучит в моем сердце, но почему я не могу вспомнить название? "Может быть, я слишком усердно стараюсь вспомнить, — подумала она, — вроде того случая на экзамене по физике два года назад, когда я впала в ступор. Ладно, потом вспомню".
— Не важно. Посмотрим, что еще хорошего у нас есть, — он достал папку с нотами и принялся в ней рыться. Передав несколько пьес Аске, он поднялся со стула. — Посмотри. Они тебе знакомы? А я пойду, позову Рей.
Аска нахмурилась
— Что-то мне не хочется ее видеть.
— Да ладно тебе. Держу пари, пьеса, которую мы только что играли, будет звучать лучше в три инструмента. И я могу достать магнитофон.
— Ладно… иди, — вздохнула Аска.
Синдзи внимательно посмотрел на нее. Обычно она была не такой сговорчивой. "Просто ей сейчас не до этого, — подумал он. — И я ее хорошо понимаю".
Сначала Синдзи зашел к Мисато и взял у нее магнитофон, затем отправился к Рей, чья комната была неподалеку. Подойдя к комнате Рей, он услышал звуки скрипки доносящейся из-за двери. Они прекратились, как только Синдзи постучал. Дверь открылась и на пороге появилась Рей, державшая в руках скрипку.
— Не хочешь порепетировать вместе со мной и Аской? — спросил Синдзи.
Она кивнула и шагнула вперед, закрывая за собой дверь. Не говоря ни слова, она направилась в его комнату. Синдзи последовал за ней. Неожиданно он понял, что за мелодию она играла. Это та же пьеса, которую они играли раньше. Рей играла партию скрипки.
— Ты знаешь название этой пьесы?
— Нет.
— Ты помнишь, кто написал ее?
— Нет.
— Ты помнишь, где выучила ее?
— Там же где и вы.
Они остановились перед дверью в его комнату.
— И где же? — потер лоб Синдзи.
— В битве.
Синдзи молча шагнул вслед за Рей в свою комнату.
Шигеру вздохнул.
Закат солнца в Аризоне выглядел совершенно по-другому, чем закат в Японии.
Возможно из-за недостатка воды и огромных пустынных пространств. Вдобавок ко всему, дул сухой горячий ветер.
"Дикий запад, — мрачно подумал Шигеру, — явно перехвалили".
Он не спеша прогуливался вокруг огромного самолета, покуривая сигарету. Конечно, это плохая привычка, но такова жизнь. И на данный момент, он был не в настроении бросать ее. К тому же, ему нужно было отдохнуть. Его замучили непрерывные проверки: проверки системы, дополнительные проверки, проверки техники безопасности, внеурочные проверки, в общем, все, что только могло придумать начальство для своих подчиненных.
А главное, он немного тосковал по дому. Вначале ему казалось, что небольшое путешествие будет в самый раз, но теперь он думал совсем иначе. К несчастью, возвращение домой откладывалось. Он слышал, что они собираются в Оклахому.
Господи, Оклахома.
Шигеру рассмеялся и тряхнул головой.
Ооооооооклахома!
Где ветер гуляет по равнинам!
И волны пшеницы пахнут сладко.
Когда ветер приходит за дождем!
"Так, просмотр иностранных музыкальных каналов, не прошел для меня даром", — подумал он.
Оказавшись у кормовой части Симитара, он услышал шуршание в траве.
Еще змеи?
Шигеру отступил назад, стараясь оказаться подальше от шума, и поскользнулся. Он попытался быстро подняться, но почувствовал что-то скользкое под своей рукой… скользкое, мягкое и теплое. И оно двигалось.
— Что…?
Охранник у входа на Симитар с любопытством посмотрел на приближающегося офицера мостика, Шигеру Аоба. Тот, пошатываясь, направлялся ко входу.
— Эй, Аоба-сан?
Шигеру моргнул, ощутив какую-то неловкость в движениях век, что-то нехорошее, как будто муравьи ползали под его кожей.
— Аоба-сан? Вам плохо?
Шигеру ухмыльнулся. Каждое движение его лица выглядело неестественным. Низким, монотонным голосом он ответил:
— В порядке.
Гендо вздохнул и отложил отчет в коробку с исходящими. Еще один кусочек нудной канцелярской работы был преодолен. Следующим пунктом в его повестке дня стоял разбор различных официальных заявок. Целью данной работы являлось выделение среди них необходимых и нужных заявок, а также заявок укладывающихся в схемы растрат, которыми грешили некоторые из его подчиненных, и просто глупых заявок.
Он уже протянул руку к пачке заявок, когда заметил Рей, сидящую перед его столом на стуле. "Интересно, давно ли она здесь сидит?" — подумал он.
— В следующий раз предупреждай меня о своем присутствии, — сказал Гендо.
— Да, сэр.
— Как я понимаю, у тебя некоторые проблемы со Вторым Дитя?
Рей кивнула.
— Я считаю, это влияет на выполнение твоих обязанностей пилота.
Молчание в ответ.
— Это недопустимо.
— Да, сэр, — ее голос оставался ровным.
— Это все, что ты можешь сказать в оправдание?
— Я не собираюсь оправдываться за мои действия, и приму ваше решение.
— Но почему именно она? — Гендо немного колебался. — Почему тебе не нравится Второе Дитя?
Рей проявила беспокойство, удивив тем самым Гендо. По отсутствию эмоций она могла соперничать со статуей.
— Она атаковала Ик… Синдзи.
Ее лицо оставалось спокойным, но голос слегка дрогнул. Для любого другого человека это ничего не выражало, то для Рей это был крик.
— Она попала под влияние галлюцинации, наведенной Ангелом. Это было вполне ясно из ее передачи. Почему она тебе не нравится? — в его голосе проскользнули стальные нотки.
— Она… как я, но не такая.
Гендо подавил желание высказать ироническое замечание.
— Почему?
— Она… Мы обе Дети. Но она… они заставляют меня чувствовать.
— Чувствовать что?
— У меня нет слов, — она замолчала, но потом добавила. — Я хочу быть с Синдзи.
— Ты хочешь жить с Синдзи?
— Мне… хорошо рядом с ним.
— Значит, рядом со Вторым Дитя ты чувствуешь себя плохо?
— Она ближе к нему, чем я.
— Значит, ты хочешь избавиться от нее, чтобы быть рядом с Синдзи?
Рей кивнула.
— Ты проинформирована, что нормальные люди не решают такие вещи силой? — спросил Гендо. Несколько секунд спустя, он решил, что, скорее всего, она не знает.
— Как?
— Что как?
— Как они решают?
— Обычно, чтобы заставить кого-то хотеть быть с тобой, не надо убивать всех других рядом с ним.
"Не могу поверить, — подумал Гендо. — Мне приходится вести разговоры на такие темы".
— Как?
Даже в своих мечтах и планах, Гендо не мог представить такого. Он — командир NERV, дает романтические советы задержанному в развитии подростку. Прошел не один десяток лет, с тех пор как он сам был подростком, а здесь еще девочка. И зная, кем была Рей, давать ей советы было не самой лучшей идеей. С другой стороны, если это поможет ей избавиться от ревности к Лэнгли, то можно избежать краха. Он зашел уже слишком далеко, и обратной дороги не было. К тому же, существовали фрагменты пророчеств, которые намекали на запретную любовь между Детьми.