- Хорошо, - сказала Аска, - Этому старому ублюдку давно пора было сделать втык. Он скрывает что-то от нас, я уверена в этом, - она, не задумываясь, прижалась к нему, - Я рада, что ты не похож на него.
Синдзи вздрогнул еще сильнее, но ни чем не показал, что испытывает боль в правой части груди. К своему собственному удивлению, ему не хотел оставаться сейчас одному.
- Бывают времена, когда я удивляюсь - что нас связывает?
- И мне очень жаль, что я накричала на тебя во время той всеобщей ссоры на Скимитаре. Я просто была… Я хотела сделать кому-нибудь больно, и только потом я поняла, что я единственная, кто заслуживает этого.
- Я тоже не должен был выходить из себя, - сказал он, - Я прощаю тебя.
Он чувствовал, как ее волосы волнами спускаются по правой стороне его тела, и с удивлением заметил, что ее голова на его плече больше не причиняет ему боль.
- Я тоже прощаю тебя, - сказала Аска. Ее голос звучал гораздо мягче, чем он привык, - Но ты действительно не сделал ничего такого, за что следовало бы извиняться, - она взглянула на него и улыбнулась.
Они смотрели друг на друга. Их лица находились всего в нескольких дюймах друг от друга. Так прошло несколько секунд, затем, она зажмурилась.
«Неужели, она хочет, чтобы я поцеловал ее? - спросил он сам себя, - Хочу ли я поцеловать ее? Да», - решил он. Синдзи закрыл глаза и, склонившись к ней, с трепетом коснулся ее губ своими.
Некоторое время, они оставались неподвижны, затем, раздался голос Мисато:
- Нельзя ли потише? Я стараюсь…о, я вижу вы заняты.
Они отпрыгнули в стороны друг от друга, залившись краской.
- Мы ничего не делали, ма, - сказала Аска.
- Аске приснился кошмар, ма, и я только пытался… мм… - мысли Синдзи замерли, а затем его нога породила новую волну боли.
Мисато подняла бровь.
- Ма?
Аска и Синдзи почувствовали себя глупо.
- Мм…мне в самом деле надо поспать, - сказал Синдзи.
- Я…мм…ах… - произнесла Аска. Она выглядела, словно в нее попал торт со взбитыми сливками.
Мисато рассмеялась.
- Хорошо, можете называть меня «ма», если хотите. Только, если можно, не будите меня среди ночи. Ты кричала перед этим, Аска?
- Мне приснился кошмар, - ответила она тихо, опустив взгляд.
Мисато подошла и сжала ее плечо.
- Выше голову. Вы сделали все, как надо. Я очень горжусь вами обоими.
- Столько людей погибло… - Аска взглянула на Мисато, слишком уставшая, чтобы снова плакать, но с явными следами пролитых слез на лице.
- Я знаю. И я никогда не забуду о них. Но мы должны похоронить мертвых и двигаться дальше. Иначе, мы не сможем предотвратить гибель еще большего количества людей, - ее голос понизился, а лицо стало очень серьезным. На мгновение, Аска увидела боль в ее глазах.
- Я понимаю, я понимаю.
- Жаль, мы не знаем, со сколькими тварями нам еще предстоит сражаться, - сказал Синдзи, пытаясь устроиться поудобнее.
- Мы пытаемся найти ответ, - сказала Мисато, - И я расскажу вам, как только мы узнаем, - она поднялась, - Ладно, я иду спать. Вам двоим тоже лучше всего поспать. Вместе или порознь, как хотите.
Они оба смущенно уставились на нее. Синдзи встал.
- Мои ноги болят.
- Мисато… У тебя есть идеи, что движет отцом Синдзи? - спросила Аска, - Не похоже, что он верит во что-то.
- Он верит в себя и в науку, я полагаю, - ответила Мисато, - Он самый уверенный в себе человек, из всех, кого я знаю. И почти все время это подтверждается в итоге. Но я не думаю, что он верит в какого-либо бога или богов, или во что-то еще, кроме триумфа человечества над его врагами.
- А ты, Мисато? - спросила Аска.
- Что-то есть там, - сказала Мисато, - Что-то большее, чем просто законы природы, нечто, что делает нас большим, чем крысы в лабиринте. Но что тревожит меня посреди ночи, так это то, что я не уверена, что мы нравимся ему. Я предпочла бы жить в мире командующего Икари, чем там, где Бог лишь играет с нами, ради собственного развлечения. Иногда, я верю, что мое спасение после Второго Удара было чудом, что Бог спас меня, чтобы я могла использовать свои способности для уничтожения Ангелов. Иногда, я думаю, что он спас меня, чтобы понаблюдать за моими страданиями, когда я снова потерплю неудачу. Но прямо сейчас, я рада, что была спасена, независимо от того, какие были причины. А ты веришь во что-то, Аска?
- Я верю в Иисуса, - тихо ответила она, - Но иногда, он кажется таким далеким.
- Некоторым богам нравятся огненные жертвоприношения, - заявила Мисато, - Но я надеюсь, наш не из таких. Просто задумайтесь вот над чем: лучшими друзьями Иисуса были Апостолы, но все они умерли страшной смертью. Помнится, один даже изжарился в гигантской вафельнице. Или это про Будду? - она почесала голову.
- Ты все выдумала, - сказал Синдзи, - Вафельница? - он наградил ее полным сомнения взглядом, выработанным за месяцы проживания с Мисато.
- Это было давным-давно. Так или иначе, из того, что я знаю о христианстве, я не припомню, чтобы кто-то обещал нам легкую победу, Аска. Или, как сказал бы Будда: «Если ты встретил Ангела на пути - убей его», - Мисато напустила на себя умный вид.
- Сомневаюсь, что он сказал так, - недоверчиво произнес Синдзи.
- Ладно, я пошла спать, пока не нарвалась на оскорбление. Поговорим об этом, когда я проснусь, - сказала Мисато, поднявшись и направляясь к двери.
- Я тоже пошел, - сказал Синдзи, - Спокойной ночи, Аска.
- Спокойной ночи, Мисато и Синдзи, - как только они вышли, Аска растянулась на кровати и быстро погрузилась в сон.
В баре, одинокая фигура сидела за пианино, глядя на ночное небо с сентиментальным выражением на лице.
Линн осмотрелась по сторонам, чтобы убедиться, что никого больше нет, и взглянула за окно, на звезды.
- Хмм…посмотрим, что у нас следующее по расписанию? - она потратила немного времени, потерявшись в бесконечном море огней, затем улыбнулась, - Ах. Да.
See that guy all dressed in green?
Iko Iko un-day
He's not a man, he's a lovin'machine
Jock-a mo fee na-ne
На следующий день, Фуюцуки встретил своего начальника с предсказуемо плохими известиями.