Взгляд Рей передавал ее чувства, Аска понимала это. Такой же грустный и одинокий. Она не хотела прощать Рей. Воспоминания о том, что случилось были еще слишком свежи. Но она потеряла уверенность, что Рей сотворила это по своей воле и желанию. Рей оказалась сломлена, так же, как и другие, и не могла отвечать за себя. Голос разума говорил об этом, хотя чувства все еще кричали о насилии и боли.
Она подавила свои инстинкты, стараясь держать их под контролем свое рационального мышления, и мягко сказала:
- Да, заходи. Значит, ты была объектом эксперимента?
Рей мигнула, подошла и встала на колени перед Аской.
- Да, с рождения.
- Все мы просто куклы? Просто чей-то эксперимент? - с горечью спросила Аска, - Проклятье, превратиться в монстров, потому что кто-то не ведал, что творит?
- Мы - Дети, - ответила Рей, - Это судьба. Но мы сами принимаем решения.
Тодзи вернулся с колодой карт и растерянно уставился на Рей и Аску.
- Я чувствую себя марионеткой, просто куклой, танцующей на нитях и выполняющей все, что мне говорят, - сердито сказала Аска, - Что еще они от нас скрывают?
- Многое, я думаю, - сказала Анна.
- Да, здесь много тайн, - подтвердил Тодзи.
- Знание правды не всегда помогает, - сказал Синдзи, - Иногда, оно ранит.
Аска начала дрожать, хотя и не плакала.
- Я не хочу быть монстром, - произнесла она.
- Ты не монстр, - твердо сказала Хикари, - Ты моя подруга и хороший человек. Мы обладаем особенной силой, но это накладывает на нас большую ответственность. Это не значит, что мы монстры.
- Мы скорее боги, чем монстры, - сказала Анна, - Не бойся своей силы. Овладей ей и воспользуйся с умом. Вот зачем мы рождены - чтобы получить эти способности. Вот зачем мы существуем.
- Я просто хочу знать - что происходит, - сказала Аска, вздохнув. Ее гнев начал таять. Она прижалась к Синдзи, - Синдзи… ты не жалеешь, что стал моим парнем?
Синдзи немного покраснел.
- Конечно нет, - ответил он, - Ты очень хорошая подруга.
Рей опустила взгляд.
Аска попыталась улыбнуться, но безуспешно. Она все еще чувствовала разброд в мыслях, и она не хотела никого обременять. «Ненавижу это чувство», - подумала она, а вслух сказала:
- Давайте поиграем в карты.
Рей встала.
- Ты тоже, Рей, - сказала Аска, - Ты мне не нравишься. Не знаю, смогу ли я когда-нибудь полюбить тебя. Но…ты нравишься Синдзи. А я доверяю Синдзи. Я хочу ненавидеть тебя, но я просто…Ты, наверное, не виновата в том, кто ты есть, и… - она задрожала, но сдержала готовые хлынуть слезы, - Мне нужны люди, здесь и сейчас. Даже ты и Тодзи.
- Эй! - вскрикнул Тодзи, - Если что, я могу и уйти.
- Не уходи, - попросила его Аска, с печалью в глазах посмотрев на него, - Пожалуйста.
- Мм…ладно, - ответил он, затем сел, неловко тасуя карты, - Во что поиграем?
- В покер, - решила Аска.
- У меня есть шанс победить, - сказала Анна.
Игра не могла избавить Аску от боли, но, по-крайней мере, развеяла скуку.
Гендо расхаживал взад и вперед по комнате.
- Нам придется применить более действенные меры, чтобы попытаться ослабить культ. Реклама не сработала.
- Возможно, если мы дадим им побольше времени… - начал Фуюцуки, сидя за столом для брифингов и потягивая кофе.
- У нас нет времени, - оборвал его Гендо, - Если график, показывающий пробуждение Морского Короля не изменился, у нас остается, в лучшем случае, неделя до того, как он поднимется, а может даже меньше. Так как мы не можем нанести по ним удар без доказательств, которые удовлетворили бы инспекторов, мы должны поднять наш общественный рейтинг.
Фуюцуки вздохнул.
- Чем больше публичных заявлений, тем выше риск.
- Они отрицают все, что не видят собственными глазами, - сказал Гендо, - Нужно сделать это здесь, и сделать публично. Мне это не нравится, но времени осталось мало. Мы не можем пойти на риск и позволить им принять решение о штурме базы с целью «освободить» Детей. И все больше наших сотрудников подвергаются нападениям, когда посещают город. Вчера, они заманили в засаду один из наших грузовиков снабжения. Я хочу разобраться с ними, до того как к ним прибудет Посланник, - он сел, - Как ты думаешь…
- Инспекторы? Мы им не нравимся, но они не производят впечатление слишком пристрастных. В чем ты подозреваешь их?
Гендо покачал головой, потягивая свой кофе.
- Ни в чем. Боюсь, я сам себе не нравлюсь, - он опустил глаза на свои руки в перчатках, - Мы близки, как никогда. Так близки к концу. Скажи мне, что мы справимся.
- Мы справимся.
- Хорошо.
- Если Ньярлахотеп не совратит Детей, и они не закусят нашими сердцами, - продолжил Фуюцуки.
Гендо вздрогнул.
- Я, вообще-то, из тех, кто во всем видит темную сторону.
- Моя надежда сильна, но также силен и страх, - сказал Фуюцуки, глядя в очки Гендо.
- Просто повторяй: всего лишь двое.
- Возможно. Плюс Посланник.
- Всего лишь трое осталось.
Фуюцуки поднялся.
- Пришло время сделать заявление.
- Удачи.
- Я никогда не рассчитываю на удачу.
- Я тоже, но я не могу отказаться от надежды. Я в какой-то мере суеверен.
Фуюцуки кивнул.
- Как и все мы.
Майя топталась на месте, пока все не заняли свои места и не настроили камеры. Это выступление должно выглядеть достойно, чтобы последователи культа не нашли повода заявить, что передача подделана NERV. Рекламная кампания произвела незначительный эффект, потому что культисты убедились в том, что она организована и проведена с помощью компьютерной графики. На этой конференции, они собственными глазами увидят, как Дети отрицают их божественное происхождение.
Однако, это породило множество проблем, связанных с безопасностью. Они расположились прямо на городской площади, область вокруг сцены и камер охранялась службой безопасности NERV и местной полицией, но эти группы выглядели лишь тонкой синей линией, отделяющей огромную толпу зрителей от сцены. У нее возникло дурное предчувствие, что не миновать беспорядков. Но Фуюцуки решил, что публичное заявление - лучший из всех вариантов. Что-либо более безопасное могло быть легко оспорено.