- Я понимаю это так же хорошо, как и то, что ничего не могу изменить, - ответил я, - Я готов поверить, что Япония действительно может открыто выступить против всего мира и добиться победы. Но какой ценой? Я не в праве обрекать человечество на бедствия и ужасы войны… Кроме того, я вообще не вижу своей роли в этом. Я не герой, не личность, способная изменить ход истории. Через несколько недель, может даже раньше, мне предстоит выйти в отставку, и меня сменит на посту более сговорчивый командир. Я всего лишь старик, потерявший веру и разочаровавшийся в жизни. То, о чем ты говорил, требует времени, сил и желания, а у меня нет ничего… Я не смогу… Иногда, я жалею, что я не бог…
- Будь ты богом, ты бы спас этот мир?
- Полагаю, будь я богом, я предпочел бы просто подождать.
- Подождать чего?
- Пока этот мир не решит свою судьбу сам и не избавит меня от проблемы выбора. А сейчас, мне не остается ничего другого, кроме как покориться судьбе.
- Судьбы нет! - резко возразил Солдат-Тень, - Судьба - это то, что создаем мы сами.
Я вздохнул, чувствуя, как сжимается сердце от слов, которые я собирался произнести. Мне было наплевать, разговариваю я с порождением собственного рассудка или с пришельцем из неведомых внешних сфер.
- Тогда почему же судьба отняла у меня тех, кто был мне дороже собственной жизни? Я не хотел такой участи ни для них, ни для себя. Так почему же такое случилось? И кого мне винить в этом, если не судьбу? Я ничего не мог сделать…
- Зато можешь теперь, - услышал я голос Солдата-Тени, - Ты можешь снова увидеть своих близких, воссоединиться с ними…
И вот тут я понял, что ошибался, считая Солдата-Тень голосом своего разума. Я просто не мог сказать сам себе ничего подобного.
- Нет! Замолчи! Мертвых не вернешь! Я пытаюсь примириться с тем, что потерял Рику и Ами навсегда, так не терзай мне душу нелепыми несбыточными обещаниями и напрасными надеждами.
Я услышал тихий смех Солдата-Тени и едва удержался, чтобы не вскочить и не наброситься на него с кулаками.
- Я не из тех, кто дает обещания, которые не в силах выполнить. Смотри.
Призрачное сияние расплылось у меня перед глазами, закрыв пеленой и фигуру призрака в самурайских доспехах и едва различимую в темной комнате обстановку. На миг я подумал, что слепну, но в следующее мгновение зрение вновь вернулось ко мне. Я прищурился от яркого света, бьющего в глаза.
Я стоял в центральном парке Токио-3, это был день, когда празднуется весеннее цветение сакуры. Я понял это, увидев кружащиеся в воздухе нежные лепестки, опавшие с крон деревьев, и нарядно одетых, веселых и счастливых людей, любующихся этим чудом природы. Землю под деревьями устилал красивый бело-розовый ковер, с пробивающимися тут и там островками зеленой травы. Все вокруг заливал солнечный свет, слышался детский смех.
- Прекрасный сон… - прошептал я. На глаза навернулись слезы. Я не сомневался, что картина, столь явственно видимая моими глазами, звуки и запахи, которые я чувствовал - не больше, чем невероятно правдоподобная иллюзия. Но как же все это было похоже на тот день, когда я последний раз видел Рику и Амии… Как бы я хотел вновь вернуться в тот день. И остаться там навсегда, неважно - иллюзия это или нет, - Это всего лишь сон, - повторил я.
- Который может стать явью, - сказал Солдат-Тень, - Каждый раз, создавая в глубинах разума идеальный иллюзорный мир, человек наделяет его частицей своей души, элементом реальности. Очень немногим дана способность вдохнуть в созданный воображением мир достаточно жизни, чтобы он стал столь же реальным, как этот, но иногда такое происходит. И тогда, где-то, среди бесчисленного множества миров, возникает еще один, сотворенный человеком, который до конца своих дней так и не узнает о том, что на краткий миг уподобился Богу.
- Иногда даже боги не в силах вернуть человеку то, что он имел однажды и потерял безвозвратно, - сказал я.
- Боги? Может быть. Но не те, кто стоит НАД богами.
- Почему я должен верить тебе?
- А кому еще ты можешь верить?
- Я больше не верю никому.
- Тебе нечего терять, а получить ты можешь больше, чем ожидаешь.
В горле у меня пересохло от волнения, но я собрался с мыслями и твердо ответил:
- Я ничем не дорожил больше, чем теми, кого уже лишился, но мне все еще есть что терять. Моя честь. Моя верность. Чувство долга перед страной и народом.
- Что дала тебе твоя страна? Высокий пост, почет, деньги? Посмотри сюда, на то, что ты можешь получить, и сделай свой выбор.
Я понял, что увижу сейчас, и мое сердце забилось чаще.
В дальнем конце аллеи, ведущей через парк с востока на запад, показалась стройная молодая женщина, ведущая за руку девочку лет пяти.
- Рика… - выдохнул я, - Ами…
Они обе выглядели такими, как я их запомнил при последней встрече. Веселые, беззаботные… Рика родилась от моего второго брака, когда мне было уже за тридцать. Ее мать вскоре умерла от рака, этого проклятого наследия атомных бомбардировок, и время давно сгладило горечь потери. Я дал единственной дочери все, что мог дать любящий отец, вырастил и воспитал ее так, что она не могла бы пожелать ничего лучшего. Когда ей исполнилось 17, был счастлив, узнав, что она встречается с лейтенантом JSSDF и собирается за него замуж. Я хорошо знал этого молодого человека, и был доволен ее выбором. Еще большее счастье я испытал, когда год спустя она подарила мне внучку, прелестную пухлощекую Ами. Дочь и внучка были смыслом моей жизни, сосредоточием всех моих надежд и стремлений. Ее желания были моими желаниями, я делал все, чтобы они были счастливы.
Идиллию оборвало нападение Роющего на Токио-3. Я даже не увидел их тел, погребенных под развалинами разрушенных зданий. Ее муж также погиб, пытаясь защитить семью. Все мы в тот день были слишком заняты, и известие о гибели моих родных настигло меня только два дня спустя. Но даже знай я о грозящей им опасности - я ничего бы не успел поделать. Отчаяние и бессильная злоба на судьбу едва не убили меня, но тогда еще продолжалась война, и чувство долга не позволило мне скатиться в бездну. Теперь война закончилась.
- Я хочу расквитаться с теми, кто нарушил мои планы и унизил меня, - произнес Солдат-Тень, - Ключ к этому - воссоздание Евангелионов и использование запретных знаний Древнейших. В этом ты мне поможешь.