Конэ-Эль понял ход мыслей друга.
— Это на западе, так?
— Угу. Дальше она говорила про реку с темными водами. Тут мне ничего в голову не приходит.
Конэ-Эль стал лихорадочно перебирать в памяти все, что знал о реках. Лорек сидел рядом, задумчиво пожевывая травинку.
— Вспомнил! — обрадовался Конэ-Эль. — Отец как-то рассказывал, что на западе от Холмов Заката, протекает река. Наверное, ее воды цветочная фея назвала «темными», потому как она очень глубокая и кажется темной.
— Да? — удивился Лорек. — Я, честно говоря, не слышал об этой реке. И как долго до нее идти?
— Сутки, — расстроился Конэ-Эль. — Я не успею…
Два разных чувства разрывали эльфа на части. С одной стороны, он обязан вернуться домой в срок. Чувство долга и ответственности строго говорили ему об этом. Но, с другой стороны, желание найти волчицу, щемящее чувство того, что вот она, совсем рядом, умоляло продолжить поиск. Сердце и разум, долг и дружба бескомпромиссно вели борьбу меж собой. Было от чего сойти с ума.
«Я дал слово старейшинам, — рассуждал эльф. — Обещал отцу. Если не вернусь в срок, подведу в первую очередь его. Но если посмотреть иначе, я задержусь же всего на один день, максимум на два. Может, старейшины еще ничего и не успели узнать. Вернусь, и мне придется ждать их. Вот обидно-то будет! Что делать? Как поступить?»
Эльф должен был сделать выбор. Правильный выбор. Лорек смотрел на него и терпеливо ждал. В этой ситуации он ничем не мог помочь другу, Конэ-Эль должен решить сам. Времени на раздумья не осталось.
— Мне нужна твоя помощь, — наконец сказал Конэ-Эль.
— Я готов помочь, чем смогу.
— Мое решение следующее: я продолжу поиск, а ты вернись, пожалуйста, в город, и скажи отцу, что я задержусь. Он, конечно, будет очень злиться, возможно, даже наорет на тебя, но прошу, сделай это. Скажи ему, что это мое последняя проделка. Он поймет.
— Можешь меня не уговаривать, — Лорек положил руку на плечо Конэ-Элю. — Я сделаю так, как ты просишь.
— Ты истинный друг, Лорек. Я люблю тебя как брата.
— Я тоже.
Они крепко обняли друг друга.
— Прощай, — сказал Лорек. — Пусть благосклонность Первых отцов будет с тобой. Ты найдешь волчицу.
— До встречи, друг мой. И тебе удачи.
Друзья простились.
Усталость не ощущалась, и Конэ-Эль зашагал дальше. Желание поскорей найти свою волчицу, подхлестывало его. Наступление темноты не стало помехой для эльфа. Он продолжал идти вперед, ориентируясь уже по звездам и лунам.
«Главное, не сбиться с курса, — рассуждал эльф. — Но ничего, рассвет укажет на огрехи».
Одному идти оказалось значительно хуже. Невеселые мысли роились, налетая одна на другую. Как все не вовремя! Ведь мечтал о приключениях, о подвигах, мечтал. А теперь почему-то совсем этого не хочется. И еще волчица… Лорек все удивляется тому, что он так привязался к этому зверю. А чего тут удивляться? В одном только ее взгляде столько тепла, столько доброты и понимания! Да, зверь, ну и пусть. Иной раз зверь имеет душу, чистую и светлую, нежели многие из тех, кого Конэ-Эль знал. Взять хотя бы ту же Найру: бездушное существо, живущее исключительно своими желаниями и прихотями. Готовая предать в любую минуту, если это окажется выгодным для нее. Да мало ли на белом свете таких, как она? Куда ни плюнь, наткнешься на подобных ей. А как хочется, чтоб рядом находился близкий по духу. Лорек — единственный товарищ, понимающий без лишних слов. Да еще волчица. Нет, ее обязательно нужно отыскать! Ничего, подождут его старейшины, отец подождет. Он, конечно, очень рассердится, но потом поймет и простит.
Конэ-Эль пока еще не осознавал, какая ответственность легла на его плечи. Да это и немудрено. Он не мог представить полную картину происходящего в двух Мирах. Зато его собственный внутренний мир мог рухнуть, сломаться, если не найдет волчицу. Это он ощущал всем сердцем. И неведомая ему сила гнала его вперед по ночному лесу.
Наступивший рассвет указал на то, что он все же сбился с курса. Солнце взошло слева от него. Пришлось резко менять направление. Лес все не заканчивался. Конэ-Эль попробовал просканировать ментал, но контура волчицы в нем не увидел. Ближе к полдню лес все же показал свой край, чем весьма порадовал эльфа.
Перед ним раскинулись просторы бескрайних полей. Идти стало проще. Слегка холмистая местность, покрытая зеленым ковром, с вплетенными в него цветами, жила своей жизнью. Сладкий аромат цветочной пыльцы витал в воздухе. Жужжали мириады насекомых. И среди их какофонии эльф наконец-то услышал шум реки. Быстрым шагом, Конэ-Эль подошел к ее берегу. Темные воды негромко переговаривались меж собой.