— Хуго….
— Ладно, посмеялись и хватит. Пора и к делу переходить, — деловито подытожил пикинер. — Ежели я правильно понял, то тебе не хочется умирать?
— Верно. Совсем не хочется, — признался сержант. — Нагулялся я уже. С избытком. А в Браубахе вдовушка нашлась пригожая, стряпуха, на вид не противная, да еще и с приданым. Мне бы только два месячишка протянуть, а там и жалованье подоспеет. Уйду на покой и ничего тяжелее кружки в руки брать не буду. Ты только помоги…
— Хороший Браубах городок. Это от Кобленца вроде недалеко? — полюбопытствовал пикинер. — Да и замок неплох. Старые господа умели строить. Лягушатники, если помню верно, в прошлом году два месяца под стенами простояли, да и ушли, обгадившись. И кубышка в заветном месте припрятана? Так ведь?
— Зачем спрашиваешь, если ответ знаешь? — посуровел Йозеф.
— Я не знаю, я гадаю. Так, чтобы скучно не было. Вдруг неправ когда окажусь, — улыбка Мортенса была видна даже в неверном свете костра. — Значит, хочешь выжить любой ценой?
— Не любой. Душу не продам!
— Да кому она нужна? — искренне удивился Мортенс богобоязненному порыву сержанта. — Я же с Темными не знаюсь, а если бы и знался, здесь они не нужны. Значит так… Золото везде в цене, так что для круглого счету двадцать талеров сразу и сорок после первого боя, в котором моя помощь нужной окажется.
— А не ой ли? — скаредно возмутился сержант. — Да за такие деньжищи…
Он осекся. Пикинер с неподдельным интересом ожидал продолжения. Адлер пожевал губами, переживая немыслимые страдания между Сциллой жадности и Харибдой страха.
— Так что же ты сделаешь за шестьдесят талеров? — сладким голосом спросил Мортенс. — Неужто индульгенцию у папистов купишь? На тысячу лет избавления от Ада, говорят, как раз хватит.
— По рукам! — с отчаянной бесшабашностью выпалил Йозеф. С колдунами и прочими лучше не торговаться. Особенно когда они начинают клясться, что и не думали заключать договор с Люцифером.
Приятно звякнул мешочек, поменяв хозяина.
— Утром получишь то, что тебе поможет, — сказал чертознатец. — А сейчас, сержант, ради Господа и всех архангелов, дай поспать!
Адлер проворочался почти весь остаток ночи и заснул лишь под самое утро. Насколько он желал забыться, настолько же жалел об этом после пробуждения. За пару часов чего только не привиделось…. И Папа Римский с рогами и хвостом, гоняющийся за генералиссимусом Валеннштейном по окрестностям Штральзунда, был далеко не самым страшным. Сон не только не прибавил сил, но почти отнял оставшиеся.
Потому Мортенс едва не получил в грудь пол-локтя стали сержантского тесака, когда под самый рассвет тронул Адлера за плечо.
— Не шути так, сержант! — только и смог сказать Хуго, оказавшись по уши в грязи после того, как Йозеф с воплем оттолкнул его прямо в лужу и махнул клинком, не достав самую малость. — Не выспался, что ли? На людей кидаешься…
— Нечистый сны насылал богомерзкие, вот и получилось. Видит Бог, не со зла, — мрачно ответил сержант, забросив тесак в ножны. И растирая помятое с дурного сна лицо, спросил: — Готово?
— Как в лучших домах Парижа! — осклабился Мортенс. — Был в Париже, сержант?
— Нет, — буркнул Адлер, пытаясь натянуть сапог. — И не собираюсь.
— Тоже верно! Там, шепчут, на днях какой-то полоумный чуть короля лягушатников не грохнул. Так что приличному протестанту делать там нечего, вот что я тебе, сержант, скажу!
При свете солнца, хоть и слабого по утренней поре, сержант чувствовал себя немного увереннее.
— Студент, за ногу тебя да об пень! Деньги вчера получил, а я свое еще в руках и не держал, — сварливо сказал он.
— Ах да, точно! — стукнул себя по лбу Мортенс. — А я все припомнить не могу, зачем доблестного сержанта в такую рань разбудил. Лови!
Мелькнуло что-то в воздухе. Йозеф привычно махнул рукой, доставая из воздуха небольшой округлый предмет, раскрыл ладонь. Маленький шарик светлой бронзы, спаянный из двух половинок.
— И все? — разочаровано протянул Адлер, при свете дня начавший чувствовать себя поувереннее. — И за эту безделушку я отдал двадцать талеров?!
— Шестьдесят, сержант, шестьдесят, — с безжалостной улыбкой уточнил проклятый «чертознай». — И сорок я еще не получил. Смотри, сержант, про такие долги не забывают.
— Не забуду, — огрызнулся сержант. — Что там внутри, и как эта хрень действует?
— Внутри — так нужное тебе Слово, — подмигнул Мортенс. — Раскрывать не советую. А как действует — проверишь при первой случайности. И смотри, не вздумай раскрывать. Если Слово знают другие, то ничем не поможет.