– Так-так, – внимательно слушал Крот. – Пошли старинные предъявы? Нам тоже недавно одни хотели предьяву слепить. А мы опустили их – фух! Ниже плинтуса. Поняла, да? Ладно, давай дальше.
«Ну раз ты перешел к делу, то вот что я тебе скажу, Каменный кулак, – снова читала тетрадку Лена, – Много я сделал для тебя. Если бы не я – не видать тебе ни любви, ни воли. Вот и ты послужи мне. Гроши твои мне не нужны, но в одном ты прав: мне нужен ты, бесстрашие твое и сила твоя молодецкая. Выходи ночью в степь, где расходятся три дороги. Полезен будешь – сам обогатишься.
Поехали на военном возке по глухой кипчакской степи, вспугивая сонных тарханских дроф с курганных насестов. Вечно наподдавшись «поповки» для храбрости гарнизонный капитан Крыжановский, Шлецка Ильевич и Петр. И вскрывали древние курганы. Да только каркали вослед вороны, словно предупреждали. Найдут большой подходящий, разобьют или свалят в ночную пыль могильную бабу-берегиню, срубят землю с навершия до могильной плиты, разобьют плиту пудовым молотом и грабят в потемках, распугивая тени курганных духов керосиновой лампой.
Петруха весь в сомнениях: не богоугодное это дело – могилы грабить! Да куда уж там-капитан приказал, Шлецка клятвой пригрозил – и айда кувалдой, где наша не пропадала…Осквернялись курганы. Вывалив второпях в степную пыль древние костяные останки, выуживали из земного плена чужие богатства.
Огрубела Петрова душа. Но как ни пытала любимая, как ни плакала, предчувствуя худое, не признавался Петр. Думал: моя тайна – моя вина, тебя не предам, не скривжу, сам буду в ответе за все. Не ведал удалой молодец: по большой любви по страшному заклятию вместе им ответ держать…»
– Классный бизнес чуваки замутили, – коротко хохотнул Костя, почмокав губами, глаза его жадно блеснули. – Сейчас золото курганное крутых бабок стоит. А про брюлики когда?
– Вот ты, Костя, нетерпеливый, – Лена отвлеклась от чтения, погладила его ручищу. – Ты не перебивай, ты слушай!
– Давай, классно написано, – Крот неумело чмокнул ее в ручку.
«Так текли чередой дни. Ветераны заканчивали садить графский парк, утепляли мешковиной на зиму чудесные деревья. Готовились к путешествию в Москву барин с барыней. Каторжники достроили маяк, генеральский замок, заканчивали постройку православной церкви. Многие поженились и осели, и только Петр ждал удобного случая испросить у генерала разрешения на женитьбу с Еленой.
Отъезд графа в столицу был назначен через несколько дней, и Петр наконец решился довериться барыне, излить ей, женщине романтической и сердобольной, свою влюбленную в Оленку душу. Не раз с любимой репетировали эту такую важную для них сцену. «Не робей, – поддерживала его Оленка, – барыня часто садом променад делать любит, я буду рядом, и тогда ты кидайся ей в ноги, проси у барыни благословения на наш брак. Я вместе с тобой буду молить ее на коленях».
Вот тут бы и счастливый конец, но сложилось все по-другому!
Встретился Шлецка на закате. Поджидал, а как увидел – ручкой своей подовой поманил снова в заросли англицких посадок…»
– Вот козел, замочил бы гада! – свирепея, прошипел Крот, не сводя глаз с пожелтелых, сморщенных листов бумаги.
« – Как счастье твое молодецкое? – тянул время Шлецка. – Как зазноба твоя? Любишься с молодой гречанкой, это ведь с моей легкой руки, помнишь?
– Только ведь отработал я сполна твою услугу. Век придется отмаливать грех святотатства. Отпусти и клятву мою верни, Христа ради прошу…
– Да, твое дело уж к концу: или пан – или пропал. И она, твоя зазноба, на все согласна для тебя. Сам-то ты не вхож в замок, а вот она? Сможет, ведь вы с ней повязаны в ночи на Ивана Купала. У вас одна жизнь, одна судьба. Только подскажи…
– Что?
Шлецка радостно зашептал, наклонившись к самому его уху:
– Слыхал я, что граф одарил графиню приличным подарком – алмазной диадемой. Так вот, твоя Елена знает, где графиня хранит свои безделушки. Через день съезжают баре в столицы, будет суета, неразбериха. А завтра в бухте до вечера будет на рейде турецкая фелюга. Все очень просто: она берет ларец с драгоценностями графини – ваш! А мне ты отдаешь найденные для графа курганные древности. Вместе с ней садишься на борт – и через сутки вы свободны и богаты, и свадьба ваша состоится в прекрасном городе Истамбуле!»