На мгновение в мою изувеченную душу прокралось чувство мстительного удовлетворения. Мучителя не стало, и, наверняка, при кончине пищал, как раздавленная крыса, мерзко и жалобно. Быть может, все это было стечением обстоятельств. Тогда в органах произошла смена руководства и быстро прошли большие чистки, означавшие расстрелы. Но в моих снах тень севастопольца больше не появлялась. Навсегда исчез, словно выполнил последнее свое дело, убрав к праотцам своего коллегу – моего истязателя-следователя.
Поэтому знай, что ненависть, как и любовь – это большая сила. Знай, что я тебя, даже не застав на этом свете, – люблю, обязательно приду на помощь в самые драматичные моменты твоей жизни. И другие, те, кто любил, сделают так же.
А самолет Федора нашли только через полгода. На дрейфующей льдине. Кострище, обрывки одежды, несколько стреляных гильз и какие-то вледеневшие кости. То ли человеческие, а может, и медвежьи, вперемешку. Хотели доставить все на Большую Землю, чтобы сыграть торжественную постановку публичных похорон. Но подтаявшая льдина треснула и развалилась, утопив в ледяной крошке и обломки самолета, и найденные останки.
Меня объявили всенародно героической вдовой. В Кремле вручили мужнин посмертный орден. Я часто думала о загадочности всей этой истории. Так не нашли его, ни жив, ни мертв. Я долго не могла прийти в себя. Все чудилось, что распахнется дверь, и обнимет крепко, молодой и здоровый. Уж больно похож на моего первого Алешу…
Ну, а о дедушке Иване, отце твоего отца, ты, наверное, уже слышала. Уверена, что твой отец рассказывал о нем. Сынок мой, бедный, тоже не застал его. Как я тебя. Еще совсем мальчишка, реагировал на каждый звук, каждый шорох возле нашей двери, вскрикивал.: «Это мой папка, за нами приехал!» Мы с ним долго ждали. Хотя я знала, что уже нет на этом свете. Но не хотела расстраивать ребенка. Иван был хороший, честный, добротный. Последний мой мужчина. Недавно приснился. Зовет к себе? Значит, заканчивается мое время. Пора…»
Так, за чтением простодушных страничек бабушкиной тетрадки отошла потихоньку Ленка от безвозвратных потерь взрослой жизни. Душевные травмы заживали неровными, рваными рубцами, роднили общие семейные драмы, воистину, подлинный друг познается в беде…
Часть третья
Жил-был офис
Вслед за поклонением "звонкой монете" и мифическому "счастливому" капиталистическому будущему» на руинах социализма, население полуостровной приморской обители поддалось влиянию бесчисленных сект, хлынувших на освобожденные от старых догм и постулатов территории. Один новоявленный мессия-маг, так тот «накачивал» толпу на стадионах, упал, поднялся, и невзгод-как не бывало! Другой с легкостью "заряжал" воду "позитивом" с телеэкрана, третий хаял оприлюдно конкурентов и настоятельно призывал, вуалируя словеса псевдонаучно, пить мочу для здоровья...
Какая там связь времен? Какая историческая память? Мультяшный Парадокс новейшего времени – полный возврат к средневековому мракобесью, суевериям и мату как упрощенной и всем понятной форме общения. Тотальное оболванивание продолжалось. И Тит Захарыч, свежий персонаж на местечковых телеэкранах «С лопатками – все на Луну!». Уж тут поневоле у кого угодно ум за разум зайдет. Но только – не у Лены…Что-то подсказывало – не так все. На тех, у кого душа по-настоящему болела, для кого знаменитый песенный призыв: «Что же будет дальше с Родиной и с нами?! – был не пустой звук – косились, как на чудаков. Ленка была из того же чудного теста «слеплена» – да не с того – наследовала мамашину решительность и целеустремленность – верила в себя!
Лето провела дома, в гарнизоне, окутанная заботой отца. Отдохнула, даже слегка успокоилась. Подружки, правда, агитировали: «Возвращайся!»
Но куда? На пепелище разбитой с Кротом семейной жизни? Если бы не занятия на факультете, может быть, никогда не сдвинулась бы с места. Взяла бы академку, зализывать душевные раны? Город в чаше манил к себе неумолимо, роскошный и жестокий. В нем, как в тигле, плавились, перерождаясь, желанья и мечты. Тонька за это время оперилась. На рынке вымутила пару мест с палатками, смотрела за павильоном, Наладила связь с мамой Светой, таскала ей и Севику модные вещички. Оксанка заимела свою клиентуру и снимала с Лешим квартиру.
Пришла бумага о переводе на следующий курс. И Лена вернулась в Южную столицу.
Скажи раньше ей, что после столь блистательного старта в деловых кругах, положенного замужеством за крутым, очутится в положении секретарши в хиреющей фирмы? Да, кто бы поверил?.. Вот так всегда: жизнь полна неожиданностей. Не скажешь, что безутешна вдова была, но что солоно хлебнула в свои неполные девятнадцать, так это да. В съемной квартирке, оплаченной покойным на полгода, достаток сыпался песком сквозь пальцы. Бизнес, который крышевал Крот, ларьки, рынок, машины – перешел другим, по доверенности. Остаток съели всплывшие мужнины казиношные долги. Его парадную цепь турецкого золота с массивным крестом, пару внушительных золотых изделий с камнями, колечки свои снесла в скупку…