ГЛАВА XII. СЕРИЯ ПРОДОЛЖЕНИЙ.
В течение получаса Эстер бледно улыбалась и пила чай из чашки Дебби, к безграничному удовольствию Дебби. У Дебби не было запасной чашки, но у нее был запасной стул без спинки, и Эстер, конечно, сидела на другом. Ее шляпка и плащ лежали на кровати.
"А где Бобби?" - спросила молодая посетительница.
Радостное лицо Дебби омрачилось.
"Бобби мертв", - тихо сказала она. "Он умер четыре года назад, следующий Шевуос".
"Мне очень жаль", - сказала Эстер, прерывая свое чаепитие в порыве неподдельного волнения. "Сначала я его боялась, но это было до того, как я его узнала".
"На всей земле не было более доброго сердца", - выразительно сказала Дебби. "Он и мухи не обидит".
Эстер часто видела, как он щелкает зубами, отгоняя мух, но она не могла улыбнуться.
"Я тайно похоронила его на заднем дворе", - призналась Дебби. "Смотри! вон там, где тротуарная плитка расшатана".
Эстер порадовала ее, заглянув через маленькое заднее окошко в неряшливый загон, где висело белье. Она заметила кошку, спокойно прогуливающуюся по этому месту без всякого удовлетворения, которое она могла бы испытывать, если бы знала, что идет по могиле наследственного врага.
"Поэтому я не чувствую, что он был где-то далеко", - сказала Дебби. "Я всегда могу выглянуть и представить, как он сидит на корточках над камнем, а не под ним".
"Но разве у вас не было другого?"
"О, как ты можешь говорить так бессердечно?"
"Прости меня, дорогая; конечно, ты не смогла заменить его. И разве у тебя не было других друзей?"
"Кто бы подружился со мной, мисс Анселл?" Тихо спросила Дебби.
"Я "подружусь" с тобой, Дебби, если ты будешь называть меня так", - сказала Эстер, наполовину смеясь, наполовину плача. "Как там у нас говорили в школе? Я забыл, но я знаю, что мы обычно смачивали маленькие пальчики во рту и резко дергали ими в сторону другой стороны. Вот что мне придется с вами сделать ".
"Ну что ж, Эстер, не сердись. Но ты действительно выглядишь настоящей леди. Я всегда говорил, что ты вырастешь умной, не так ли?"
"Ты это сделала, дорогая, ты это сделала. Я никогда не смогу простить себе, что не разыскала тебя".
"О, но я не сомневаюсь, что у вас было так много дел", - великодушно сказала Дебби, хотя ей было немало любопытно услышать обо всех чудесных приключениях Эстер и узнать о причинах таинственного возвращения девочки больше, чем ей до сих пор было предоставлено. Все, о чем она осмелилась спросить, было о семье в Америке.
"И все же это было неправильно с моей стороны", - сказала Эстер тоном, не терпящим возражений. "Предположим, вы были бы в нужде, и я смогла бы вам помочь?"
"О, но ты же знаешь, я никогда не принимаю никакой помощи", - натянуто сказала Дебби.
"Я этого не знала", - сказала растроганная Эстер. "Вы никогда не ели суп на кухне?"
"Я бы и не мечтал о таком. Ты когда-нибудь помнишь, чтобы я ходил в Попечительский совет? Я бы не пошел туда, чтобы меня травили, даже если бы умирал с голоду. Облегчение получают только нищие, которые этого не хотят. Но, слава Богу, в худшие сезоны мне всегда удавалось заработать на хлеб и чашку чая. Вы видите, что я всего лишь маленькая семья, - заключила Дебби с грустной улыбкой, - и чем меньше приходится иметь дело с другими людьми, тем лучше ".
Эстер слегка вздрогнула, почувствовав странное новое родство с этой одинокой душой.
"Но, конечно же, вы бы обратились за помощью ко мне", - сказала она. Дебби упрямо покачала головой.
"Ну, я не такая гордая, - сказала Эстер с дрожащей улыбкой, - потому что, видите ли, я пришла попросить у вас помощи".
Потом хлынули слезы, и Дебби импульсивным движением прижала маленькое всхлипывающее тельце к своему выцветшему корсажу, усеянному булавочными головками. Эстер мгновенно пришла в себя и выпила еще чаю.
"Здесь живут те же самые люди?" - спросила она.
"Не совсем. Бельковичи поднялись в мире. Теперь они живут на втором этаже".
"Это не такой уж большой подъем", - сказала Эстер, улыбаясь, потому что Бельковичи всегда жили на третьем этаже.
"О, они могли бы вообще переехать на улицу получше, - объяснила Дебби, - только мистеру Бельковичу не понравились расходы на фургон".
"Тогда, должно быть, Шугармен Шадчан тоже переехал", - сказала Эстер. "Раньше у него был первый этаж".