— Я так и сказала! — не выдержала Вероника. — Ну, почти так.
Дрожащими руками Эйдан достал сопротивляющегося Виктора из-за спины.
— Что ты делаешь? — в отчаянии зашипела Сильвия, но Лула дернула ее за рукав. Образы проносились в ее мозгу так быстро, что она едва успевала их понимать, но основное уловить не составило труда.
— Тише, Сильвия. Я вижу… поверь мне. Они не то, что ты думаешь.
— Откуда ты знаешь?!
— Просто знаю и все.
Виктор не мигая смотрел на женщину своими круглыми зелеными глазами, и когда она протянула руку, поднял навстречу лапку, будто намереваясь оцарапать. Но подошел мужчина, и внезапно котенок прыгнул ему на руки! Тот почесал его за ухом, Виктор довольно замурлыкал.
А время выходило, остались считанные минуты.
— Что это может быть за кольцо?..
И внезапно Сильвию осенило. Секунду она смотрели на книгу, потом на Виктора, и…
— Ошейник! — закричала Сильвия отчаянно. В тот же момент мужчина сорвал с Виктора ошейник, быстро кувыркнул его назад и произнес заклинание.
Когда дым рассеялся, котенок исчез.
— Где он?! — завопили все хором, так складно, будто долго тренировались.
— Я под столом, — отозвался откуда-то снизу еще немного пискливый, но вполне человеческий голос.
— Что ты там делаешь?
Лула наклонилась, но Виктор мигом стянул скатерть, не давая заглянуть.
— Холодно, — только мяукнул он.
— Он же там совсем… — всплеснула в ладони Лула, а Сильвия тут же сунула туда его одежду.
В суматохе все забыли про гостей, а когда вспомнили, женщина спокойно сидела в кресле и листала Особую Книжку, мужчина же с мрачным выражением лица разглядывал фотографии на стенах.
— Так вы не банши? — осторожно спросила Сильвия.
— А ты не фейри, но, как я вижу, очень сообразительная. — При свете глаза мужчины уже не горели, он оказался черноволос, с крупными, резкими чертами лица и густыми бровями. На нем был почти такой же плащ, как на женщине, только черный.
Женщина откинула капюшон. Ее волосы, гладко причесанные и собранные в узел на затылке, были такими белыми, что смотреть больно.
— Эйдан, да прекрати ворчать, как старая черепаха, — сказала она. — Если бы не девочка, не знаю, как бы мы справились.
— А тебе, Таллула, лишь бы спорить. Ни секунды без этого не проживешь.
— Их зовут как нас! — прошептала Лула потрясенно, а Эйдан только кивнул.
И тут двери снова хлопнули. Этот звук за последнее время стал таким обычным, что на него и внимания не обратили, пока не раздался суровый голос Фионы Мор:
— Дети, что здесь происходит?!
— Мама! — сказали двойняшки.
— Папа! — выдавила Сильвия.
Но родителям, похоже, теперь было не до них. Их изумление казалось неподдельным, они застыли на пороге, будто в гостях.
— Мама?.. — произнесла Фиона, будто сомневаясь.
— Отец?.. — произнес Бриан. — Как вы нас нашли?
— Вот это да… — проговорила Вероника еле слышно. — Это, пожалуй, гораздо круче, чем банши…
САМЫЙ СЕМЕЙНЫЙ УЖИН
— Надо понимать, вы больше не враждуете? — спросила Фиона, разливая чай.
— Это как сказать, — проворчал Эйдан-старший.
Таллула бросила на него взгляд, полный нежности и снисхождения.
— Мы так долго вас искали, что за это время успели узнать друг друга лучше. И… вот уже пять лет, как…
Она протянула руку, чтобы все смогли разглядеть обручальное кольцо с таким бриллиантом, который можно найти только в шахте фейри Гор.
— Папа! — покачал головой Бриан. — Вот уж чего не ожидал!
Эйдан-старший только развел руками. На коленях у него сидел Виктор и пытался дергать за бороду. Но она была очень короткой, а кошачьих коготков у Виктора больше не было. Чтобы отвлечь его, Эйдан-старший достал из-за пазухи платиновый медальон, усыпанный крохотными разноцветными камнями, и для внука его борода быстро утратила свою привлекательность.
— Я впервые вижу эту вещь, — заметил Бриан. Будто по заказу, малыш наконец сумел открыть медальон, и все увидели портрет рыжеволосой женщины, такой же кудрявой, как Виктор.
— Потому что я тебе не показывал. Это моя мать, она… была обычной девушкой. Ее выгнали из деревни из-за цвета волос и глаз, посчитали ведьмой, и ночью она забрела в горы. Отец приютил ее, а потом женился, вот и все.