Трактирщик нес небольшой бочонок, прижав к животу, и маслено улыбался.
— Вина достопочтненным бие! Сегодня отличный день! — продолжила строить малолетнего осла Шу. — Вы слышали, Демон Шай пришел первым.
— Да-да, разумеется! Удивительное совпадение. Вы счастливчики, сиятельные шеры! Так угадать, — рассыпался бисером Буркало, разливая по кружкам вино.
— Так как насчет нашего уговора? — скосив пьяно глаза, осведомилась Шу.
— Все в порядке, сишер, все в порядке. Ваш выигрыш ждет вас, — трактирщик растянул рот, обнажив желтые неровные зубы. — Но сначала для благородных шеров подарок от заведения!
Буркало достал запечатанную воском бутыль и водрузил на стойку.
— О, ты прав, достопочтенный! За нашу удачу надо выпить! — протянула руку к бутыли Балуста.
— Да! За удачу, — Буркало живо сцапал бутыль и принялся ее открывать.
— Да! Выпей с нами, достопочтенный! — потребовала Шу, когда трактирщик поставил на стойку два бокала. — За удачу!
— Ну что вы, сиятельные! Мы люди простые, и из бочонка…
— А я говорю, пей с нами! Удача как куртизанка, не прощает отказа.
Шу стукнула по стойке кулаком.
— А, как вы правы, сиятельные! — ухмыльнувшись, Буркало налил и себе из той же бутыли. — За удачу…
Вино из бокалов Балусты и Шу, хоть и было вполне безобидным — не считая крепости гномьей водки — под внимательным взглядом букмекера отправилось под стойку, оставив того в полной уверенности, что мальчишки выхлебали столько, что через считанные минуты свалятся. Улыбка Буркало резко потеплела.
— А теперь наше небольшое дело…
Трактирщик свято блюл правило: скрепленная клятвой сделка должна быть завершена во что бы то ни стало. А момент был, на его взгляд, самый подходящий: юнцы еще достаточно в себе, чтобы произнести ритуальную фразу и уйти своими ногами. Но вот за порогом трактира закон сделки на них уже не распространяется — и сколько шагов они пронесут свой мешочек золота, уже не его забота. Лишь бы мешочек и браслет вернулись к законному владельцу, то есть к нему, Буркало.
Исправно изображая пьяных до изумления дурачков, Шу с Балустой забрали мешочек и сверток с браслетом и выложили на стойку последнюю марку — за вино для всех. Обменялись с букмекером ритуальными фразами:
— Сделка именем Хисса состоялась.
— Сделка состоялась.
И враскачку покинули таверну.
Едва выйдя за порог, Баль потребовала:
— А теперь давай быстро домой. Хватит на сегодня.
Шу промолчала, только повернулась к подруге и сверкнула пьяным лиловым взглядом.
— Ширхаб! Шу! Неужели так обязательно…
— Да. Обязательно! Никто их не заставляет идти за нами. — Принцесса улыбнулась так, что Баль слегка попятилась. — Ты думаешь, эти рожи стоят того, чтобы их пожалеть? Думаешь, они оценят и пойдут в святые братья?
— Как знаешь, Шу, — обреченно кивнула Баль.
Все это время взгляду подручных Буркало представлялись те же пьяные юнцы, нетвердо шагающие через площадь Алых Коней в сторону площади Близнецов. Головорезы пока держались несколько позади, чтобы ненароком не спугнуть петушков, но и довольно близко, чтобы не допустить конкурентов до намеченной жертвы. Так и проводили через толпу, почетным эскортом.
Холодное, трепещущее желе — предвкушение чужого страха — подгоняло Шу: быстрее найти темный переулок! Уже не задумываясь ни о конспирации, ни об осторожности, она вела за собой четверых обреченных. Скорее, вот в эту подворотню, одним ментальным импульсом выгнать оттуда компанию мальчишек-оборванцев. Зайти, почти забежать, и…
Мирные горожане, не задумываясь о темных и светлых, живя так, как живется, шли по своим делам всего в десятке саженей. За поворотом. Никому из них не захотелось заглянуть в глухой угол меж старых домов.
Предвкушая поживу, четверо головорезов последовали за мальчишками в тупик. Они не заподозрили дурного — подумаешь, после изрядного количества вина юнцам приглянулся пропахший кошками угол. Очень даже удобно, взять дурачков тепленькими, со спущенными штанами. Забавно же!
Мысли о забавах вылетели из голов бандитов, едва они завернули за угол.
Вместо двух мальчишек перед ними очутился голодный демон из Ургаша. Они бы бросились бежать… они бы кричали и звали стражу… если бы могли пошевелиться или вздохнуть. Мертвенно-лиловым сверкнули глаза демона, взвились черно-синие змеи волос, фиолетовые щупальца выметнулись, пронзили насквозь льдом и болью.
Вместо солнечного света — темный ужас. Вместо добычи — хищник. И смерть.
Выжав из головорезов все, что возможно, Шу отпустила тела.