Шу опешила. В мыслях Дарниша явственно читалось — он будет оплачивать любые надобности принцессы, вплоть до найма убийц. Лишь бы она смогла устоять против темного и защитить брата. И еще — Урману было все равно, светлая она, темная или в крапинку. Он любил детей лучшего друга, как своих, и готов был защищать их от кого угодно.
* * *Терпение, терпение… за пятьдесят лет, что Рональд шер Бастерхази провел в учениках Паука Тхемши, он постиг все виды терпения. И все их возненавидел. А теперь снова ждать? Нет уж. Хватит Шуалейде морочить голову будущему учителю и мужу. Почему бы и нет? Связать ее ритуалом верности и единения, выучить на магистра, настроить Башню на себя, и Пауку не останется ничего, кроме как смиренно лизать пятки бывшему ученику.
Из Шуалейды получится отличная жена, если научить ее послушанию. Разок подвесить на цепях над углями… Помнится, ученикам Тхемши это развлечение запоминалось надолго, а как помогало осознать подобающего место! А если ее еще хорошенько выдрать… интересно, кровь сумрачных больше похожа на темную или на светлую?
Облизнув губы, Рональд осмотрел Рассветную башню — так и не открывая глаз и не вставая с кресла у горящего камина. Он любил огонь. Родная стихия, к тому же темный постоянно мерз. Гнусный климат, гнусные людишки! Тощие, слабенькие. Ни согреться, ни насытиться.
Ближайший раб нашелся на этаж ниже, в библиотеке. Глупое создание, бывшее когда-то грабителем и проданное вместо рудника темному магу, пряталось в углу от рассерженного трактата по некромантии. Вот осел! Трогать книги руками! Придурок! Хотя, что взять с грязного простолюдина.
— Ссеубех, на место! — приказал темный фолианту.
Тот, напоследок щелкнув обтянутой кожей картежника обложкой и отхватив нерадивому рабу прядь волос с клочком кожи, улетел на место.
Рональд хмыкнул: страх раба пах так вкусно, что даже у четырехсотлетней деревяшки, воображающей себя духом великого мага, разыгрался аппетит. И ведь не боится покушаться на хозяйское имущество! Зато теперь ясно, почему из половины рабов даже крови толком не выцедить. Дважды дохлый некромант развлекается.
— Эй, человек! — позвал Рональд раба. — Принеси мне эту книгу.
Дрожащий раб не посмел ослушаться. Да и Ссеубех не стал противоречить хозяину — даже дважды дохлый некромант не жаждет попасть в Ургаш, предпочитая существовать хоть деревяшкой, хоть призраком, лишь бы не раствориться в бездне.
Поставив раба на колени, Рональд вырвал у него оставшиеся волосы, сплел веревку, добавил в нее нить огня и повязал на фолиант. Тот дернулся, пустил струйку вонючего дыма, но не смог ничего поделать с оковами.
— На место! — скомандовал темный книге и обратил внимание на плачущее окровавленное существо, пытающееся отползти. — А, глупая тварь… иди сюда. Встань.
Раб, трясясь всем телом и отвратительно потея, приблизился — нить разума держала его крепче любых цепей — и остановился у кресла.
— Наклонись. Ниже.
Рональд выловил из воздуха ритуальный нож, зафиксировал раба в удобном положении и вскрыл артерию. В подставленную ладонь хлынула кровь, отдавая темному жизнь никчемушного существа.
Несколько мгновений, и опустошенное тело зашагало вниз, в подвал башни. Легло на черный бесформенный камень, распластавшись морской звездой по начертанным Хиссовым треугольникам. Занялось карминным пламенем и с сытым чавком впиталось — огнем и пеплом — в алтарь.
Довольный, согревшийся Рональд еще раз осмотрел башню: четверо оставшихся каторжан драили полы и вычищали пыль с первых двух этажей. Проклятая пыль! Если бы не она, не нужно было выпускать еду бродить по комнатам. Но единственный дельный слуга не видел пыли в упор. Рональд не знал, почему при жизни аккуратный и чистоплотный ученик, будучи превращен в умертвие, перестал замечать грязь. Но во всем остальном слуга был хорош: исполнителен, тих и нетребователен.
Вот и теперь он послушно принес хозяину нужный том. Просто книгу, ничего не воображающую не кусающую неосторожных за пальцы. Некий древний педант и зануда написал бесполезнейший трактат об обуздании и приручении точек концентрации. Магистр, не видевший предмета исследований в глаза, собрал домыслы со слухами и добавил изрядно собственной больной фантазии. Если Шу последует мудрым советам, не сможет приручить Башню Заката еще лет сто.
Отличный подарок Ее Высочеству: показать заботу, добрые намерения, а заодно убедить девчонку бросить затею с башней, пока не поздно. Миниатюры, изображающие не сумевших обуздать стихии магов, нравились Рональду безумно! Маг, завязанный в семнадцать узлов, маг лопнувший, маг, вывернутый наизнанку, маг с разжиженными костями… прелесть, да и только! Только ради них и не продал до сих пор бесполезный сборник пыли.